— Сначала шли вызовы, но трубку не брали, а уже десять часов как телефон недоступен, — сказал он, отдавая Зое Саввичне компьютер сына. — Вот, возьмите, следователь не стал смотреть, может, вы что-то найдете. Одно могу сказать точно: он устанавливал на компьютер программу «Найти телефон», я, правда, совсем в этом не разбираюсь. Мне кажется, он в беде, но вы лучше меня разберетесь и сможете ему помочь. У меня возраст, и я давно не был в России. Сейчас здесь все по-другому, ведь когда мы уезжали, это был 1996 год, расцвет преступности и бедности. Несмотря на то, что я не забыл язык, страну уже совсем не знаю, впрочем, как и мой сын. За тридцать лет она очень сильно изменилась. Когда мы переехали, Филипп был совсем маленький, ему было пять, в нашей семье был закон, что дома говорим исключительно по-русски, поэтому сын прекрасно знает язык, но это все его познания о России. Год назад, Филип…

— Между прочим, — вставила тетя Песя, перебив Котика, — успешный врач, зарабатывает собственной головой, а не пускает по ветру состояние отца, по мне это показатель.

— В общем, мой мальчик вдруг решает переехать в Москву, — продолжил Константин, но тетя Песя его снова перебила:

— Личная жизнь у него была — обнять и плакать. Эти фифы видели в нем исключительно ходячий банкомат и даже не думали скрывать свой интерес. Вот он и решил: надо менять дислокацию, может, на исторической Родине его ждет настоящее счастье? Тридцать пять лет — это уже солидный мужчина, пора таки брать себя в руки и начинать жизнь с нового абзаца. Опять же имеет право я считаю, — закончив свою речь, тетя Песя замолчала и многозначительно посмотрела на сгорбившегося на кресле Котика.

— Мы не отказывались от гражданства при переезде, так что паспорт у него был. Филипп открыл в Москве небольшой магазин цветов и стал жить обычной жизнью среднестатистического русского, ну, по крайней мере, так он мне говорил. Мы с ним каждое утро, созвонившись могли говорить часами, он мне рассказывал, что ему здесь даже нравится больше, чем в Германии. Год прошел спокойно, и я даже подумал... Почему нет.