Пес посмотрел на принесенные одеяла и снова зарычал.

— Так вот в чем дело! — озарило ее. — Ты почувствовал запах. Да, они с маминой кровати, но тебе не нужно ни злиться, ни бояться. Мамы… в общем, больше нет с нами, — печально пояснила она. — Ровена умерла. Понимаешь? Конечно, я не жду, что ты расстроишься, но можешь хотя бы не рычать?

Вздохнув, Селена расстелила первое одеяло на полу — твердовато для сна, но терпимо. Вторым она накрылась и, повернув голову, дунула на пламя свечи.

— Песик, очень тебя прошу, не перегрызай мне горло во сне, — заплетающимся языком пробормотала Селена. — Песик… нужно дать тебе имя, да?

Она задумалась, перебирая в уме все известные ей клички, чтобы найти среди них подходящую.

— Цербер? — предложила Селена, но тут же отмела этот вариант. — У тебя ведь не три головы. Демон? Тоже нет. За такую кличку нас с тобой обоих потащат на костер, решат, что ты и впрямь порождение Ада. Только не обижайся, но ты и, правда, похож на него… Черныш? Нет, банально… О, придумала! — обрадовалась Селена. — Лютик. Будешь Лютиком.

Пес зарычал, но на этот раз она лишь рассмеялась.

— Ты просто таким образом разговариваешь со мной, да? Понимаю, имя тебя не нравится, ты ведь большой и грозный. Но если я назову тебя так, буду меньше бояться. Лютики не едят людей, — Селена хихикнула. — Ну а если ты все-таки загрызешь меня, хотя бы надпись на надгробии смешная выйдет. Убита Лютиком. Нет, не так! Съедена Лютиком.

Она снова хихикнула, но потом усталость все же взяла свое, и ее смех перешел в зевок.

— Спокойной ночи… Лютик, — пробормотала Селена, проваливаясь в сон.

Ей следовало хорошенько отдохнуть перед тем, что она запланировала на завтра.

Глава 4

«Накинуть капюшон или не стоит? — гадала Селена на входе в Салех, теребя завязки своего плаща. — Как я буду выглядеть незаметнее?»

Без него становились видны ее огненно-рыжие волосы, которые сегодня, как назло, разлохматились и привлекали к ней внимание больше обычного. Вот только в теплую погоду никто не кутается в плащ, поэтому Селена оставила капюшон в покое и, крепче сжав ручки плетеной корзинки, вошла в город.

Пасмурное утро приглушило яркие краски, и Салех выглядел мрачнее обычного. Казалось, все в нем было каменным и тусклым под стать сердцам горожан. С годами даже вывески лавок выцвели и стали точно такими же — серыми.

Сорняк везде себе место найдет, как любила говорить Ровена, однако здесь не было ни единой травинки, которая попыталась бы пробиться к солнцу между булыжниками мостовой.

А вот людей тут было хоть отбавляй.

Селена не знала, мерещилось ей или нет, но все прохожие при виде нее будто бы замедляли свой шаг. В прежние времена никто не осмеливался рассматривать ее открыто — все отводили глаза под тяжелым взглядом Ровены.

Теперь же, помимо прочего, Селена стала главной фигурой городских сплетен. В Салехе редко что-то случалось, поэтому внезапная смерть женщины, которую в глаза называли травницей, за глаза — просто ведьмой, дала пищу острым языкам на добрый месяц вперед.

Спеша поскорее убраться отсюда, Селена шла по тротуару так быстро, как только могла. Она уже хотела вернуться к Лютику. Утром он так и не поел, но сделал несколько глотков воды. Рана на его шее начала затягиваться… вроде бы. Селена допускала, что лишь приняла желаемое за действительное.

Покупки она делала торопливо. Ей таки пришлось зайти в бакалею миссис Корбин, поскольку в Салехе было всего две продуктовые лавки, и вторая располагалась далеко, аж на другом конце города.

Купила Селена совсем немного — несколько горстей крупы, свекольного сахара и мешочек соли. У мясного прилавка она задержалась, разглядывая кусок говядины. Небольшой, только чтобы проверить, съест ли Лютик мясо. Может, отсутствие у него аппетита объяснялось тем, что собаки не едят кашу? Вот только Селена знала, что если сейчас потратится, то и ей придется есть эту самую кашу всю следующую неделю, а то и дольше.

Тяжело вздохнув, она попросила Тобиаса — сына миссис Корбин, стоявшего за прилавком, пока его мать сплетничала с покупательницами — добавить мясо к заказу.

— Что-нибудь еще? — ухмыльнулся он, протянув ей покупки.

— Спасибо, больше ничего не нужно, — она взялась за сверток, но Тобиас его не отпустил.

— Может, присмотришься внимательней? — он ухмыльнулся еще шире. — У нас много всего… вкусного.

— Спасибо, — вкрадчиво повторила Селена. — Больше ничего не нужно.

— Но я настаиваю… 

Своей беседой они задержали конюха со стряпчим и привлекли внимание хозяйки лавки. Она сердито одернула сына. Воспользовавшись ситуацией, Селена схватила свои покупки и убрала их в корзину.