Эти слова вызвали в моем желудке такое состояние, что даже тошнота показалась бы предпочтительнее.

— Веди нас, ведьма. — Но глаза Гриффина оставались прикованными к чему-то, что забежало в щель в стене.

Я потянулась к руке Мари, чувствуя стеснение в груди, пока голос не раздался из бездны.

Одним грациозным шагом Гриффин оказался перед нами, его массивная фигура защищала Мари и меня от тех, кто был здесь внизу.

— Это могут быть солдаты из Гранатового, о которых говорил Кроуфорд, — сказал Кейн, внезапно оказавшись рядом со своим командиром. Я даже не слышала, как он подошел ко мне сзади.

— Или обычные люди, ищущие сокровища, — предположил Федрик. — Может, сначала спросим, а потом уже будем отрывать головы? Просто мысль.

Кейн закатил глаза.

— Сделай одолжение.

К моему удивлению, Федрик послушался Кейна и побрел по туннелю с факелом в руке, пока я не услышала, как он обменялся теплыми любезностями с темной фигурой.

Мы пошли за ним. Рядом с Федриком стоял суровый мужчина, вероятно, лет двадцати пяти, с кожей, загорелой от работы на солнце, и покрытой морскими татуировками.

Федрик указал на нас.

— Это остальные члены моей группы. — Затем он обратился к нам: — Это Никлас.

— Что привело вашу группу в Пещеру Жнеца? — Голос Никласа был таким же грубым, как его закаленная кожа.

— Просто ищем небольшое приключение. — Небрежный голос Кейна мог обмануть даже меня. — С кем вы разговаривали?

— С пещерами, — ответил Никлас, пристально глядя на Кейна, как будто проверяя его. Подталкивая его к насмешке. — Иногда они отвечают.

— Похоже, вам срочно нужны попутчики, — весело сказала Мари. — Ты можешь присоединиться к нам. Однако наша карта — это ножка от стола, которую я замазала грязью, а мы получили ее от умершего аристократа, что уже совсем другая история, но он торговал всеми этими крадеными вещами в Цитрине, который находится под водой, так что кто знает, насколько он вообще имел доступ к внешнему миру, а это значит, что я не уверена, можно ли действительно доверять этой штуке, — сказала Мари, помахав картой перед Никласом, прежде чем уйти по коридору, а блеск следовал за ней, как пыль от падающей звезды.

Никлас с недоумением и легкой озабоченностью посмотрел на нас, но Гриффин только последовал за Мари с покорным вздохом.

— Она просто имеет в виду, что наша карта немного неточна. Не… не беспокойтесь об остальном.

— Так вы откуда, говорите? — с подозрением спросил Никлас. — Из какого-то места… под водой?

— Я выросла недалеко от Уиллоуриджа, в Королевстве Оникс, — ответила ему Мари, пока мы шли. — А вы?

— Питни.

— Это в Кварце Розы5, верно? На юге?

Неудивительно, что Мари знала, где находится Питни, и что она с легкостью подружилась с таким незнакомцем, как Никлас.

— Да. Я никогда не встречал никого из Оникса. Вы… более жизнерадостны, чем я ожидал.

— Все не так плохо, как люди думают, — сказала Мари, отвлекаясь на карту, которую она вертела в руках.

Я потирала шею, пока она наконец не определилась с направлением и не двинулась вперед.

— Сомневаюсь, — фыркнул Никлас. — Ваш король — садист.

Я прикрыл рот ладонью, чтобы скрыть смешок. Мой взгляд упал на дрожащие плечи Федрика.

— Ужасно, правда? — спросил Кейн, заставляя Никласа повернуться к нему лицом. — Кто-то должен сместить его с трона.

— О, они это сделают, — пообещал Никлас.

— Где вы это услышали? — спросила я.

— Так везде говорят.

Так что моя оценка моряка или контрабандиста, вероятно, была верна. Нам повезло, что наш новый спутник не был из Оникса и не мог узнать ужасного Короля Рэйвенвуда только по внешнему виду.

— Какое сокровище привело вас сюда? — спросила Мари.

Никлас грубо рассмеялся.

— Вы не хотите услышать мою историю.

— Верно, — пробормотал Гриффин.

— Еще как хотим, — одновременно сказал Федрик, обходя валун.

— После того как юг Розы пал перед севером, Алая Королева наказала всех, кто сражался против нее. Моя семья до сих пор живет в бедности из-за ее мер. Но, как говорят, наши самые известные историки хранили две книги, одна из которых содержала имена тех, кто выиграл войну за север, а другая — имена всех южных диссидентов. Как вы можете себе представить, последняя стала весьма ценной — физическим документом, содержащим имена тех, кто был ответственен за восстание. — Улыбка Никласа сверкнула белым в темноте, освещенной факелами. — Но мой дед был мирным человеком. Он не убил ни одного северянина. Он был изготовителем ветряных колокольчиков, ради всех Камней. Вторая книга оправдает мою семью, и она находится здесь, в этих пещерах.

Положение Никласа было более почетным, чем я могла ожидать.

— Почему книга должна быть здесь?

— Вы знаете имя Дрейк Алкотт?

Я покачала головой.