Толпа соискателей вокруг Эндрю наконец рассосалась, и его улыбка упала с лица так, словно весила добрый центнер. Он залез рукой за рекламный щит на столе, достал шейкер и встряхнул его. Сделав долгий глоток — «мозговой коктейль, не иначе», — он закрыл глаза и сжал переносицу, будто у него раскалывалась голова. Мой желудок требовательно заурчал, и я похлопала себя по животу. «Тс-с, детка, мамочка скормит тебе пакет с мозгами, как только мы найдем хоть какое-то уединение».

Я подобралась к нему поближе, прекрасно понимая, что Теа Брэддок не сводит с меня глаз.

— О-о-о, мистер Сабер! — проворковала я, кривляясь и передразнивая девиц, которые только что перед ним стелились. Он вздрогнул и резко открыл глаза. — Вы такой красавчик! — запричитала я и захлопала ресницами, пока он свирепо на меня пялился. — А еще такой БОГАТЫЙ!

Брэддок сделала шаг в нашу сторону, но остановилась, когда Эндрю махнул ей рукой. Она отступила назад, но продолжила сверлить меня злобным взглядом.

— Обхохочешься, Энджел, — процедил Эндрю, состряпав недовольную мину, которая была предназначена для случайных свидетелей в той же степени, что и для меня. Охране «Сабертона» ни к чему было видеть, как двое якобы врагов мило воркуют. Он продолжил уже тише: — Ты получила мое сообщение?

Черт. Должно быть, это та самая смска, которая пришла, когда я разговаривала с Ником.

— После твоего звонка у меня тут завертелся полный дурдом. Что стряслось?

— Я выяснил, что моя мать сегодня вылетает в Портленд, — ответил он.

Двойной тройной отстой. Я откусила кусочек от своего канапе.

— Кристи Чэриш в Портленде. — И со вчерашнего дня Пирс, Маркус, Брайан и Кайл тоже там.

— Из того, что я слышал, у Чэриш при себе все рабочие заметки и документация из далласской лаборатории.

— И что с того? — я нахмурилась. Наверняка у лаборатории такого уровня копии документов были разбросаны повсюду. — Разве все бэкапы уничтожены? И почему она просто не отправила их Николь по FedEx?

— Я не посвящён во все детали, но очевидно, что там происходит что-то более серьезное. Когда Чэриш сбеж… — Он осекся и прокашлялся. — Когда она исчезла за неделю до того, как твои люди устроили налёт на далласскую лабораторию, она прихватила файлы с собой. И с тех пор это первое, что мы о ней слышали.

Сбежала? А вот это было чертовски интересно. Похоже, «Сабертон» держал её взаперти в качестве подневольного исследователя в своей далласской зомби-лаборатории. В последний раз я видела Кристи Чэриш прямо перед Нью-Йорком, когда она работала с доктором Никасом — в качестве нашего подневольного исследователя. «Сабертон» помог ей сбежать от Клана, и я бы поставила что угодно на то, что она ухватится за возможность работать на них и использовать их ресурсы. Илииии, возможно, она ухватилась за этот шанс, а потом, обнаружив, что в далласской лаборатории ей не светит место главного босса, устроила истерику, и её пришлось запереть под замок. Это было так похоже на Кристи Чэриш, которую я знала и вовсю презирала.

— Ты хочешь сказать, что «Сабертон» понятия не имел, куда она делась после того, как сделала ноги из Далласа?

— Именно так. Я сообщил Наоми вчера, как только Чэриш вышла на связь с моей матерью. Это всё, что я знаю. — Он сделал еще один долгий глоток из бутылки, и его тело пробила едва заметная дрожь. Я сильно сомневалась, что дело в вкусе мозгов в его «протеиновом коктейле». Куда вероятнее, что ему просто тяжело давалась адаптация к запаху такого количества свежих живых мозгов вокруг. Я прекрасно помнила, каким диким был мой собственный голод, когда я только стала зомби. Бедняга проходил через то же самое дерьмо. Я искренне ему сочувствовала, тем более что мой собственный зомби-аппетит завывал так, словно я не ела несколько недель. Если бы не тот досадный факт, что мисс Брэддок в мгновение ока уложила бы меня лицом в траву, прижав коленом спину, я бы, наверное, попыталась выхватить бутылку у него из рук и осушить её сама.

Понизив голос еще сильнее:

— Заправляйся под завязку, даже больше, чем кажется нужным, когда тебе приходится выходить на публику.

Его рука крепче сжала бутылку, а в глазах вспыхнуло яростное возмущение от всей этой ситуации. Тем не менее, он сделал еще один внушительный глоток.

— Что, черт возьми, мне делать, если мать притащит Чэриш в Нью-Йорк? — пробормотал он.

Я запихала остатки канапе в рот, прожевала и проглотила, прежде чем ответить:

— Встаешь утром, идешь в туалет, завтракаешь, тренируешься, принимаешь душ или что ты там обычно делаешь, а потом идешь на работу и занимаешься той же херней, что и всегда. Чэриш работала с зомби, но она всего лишь человек. Она не умеет чуять мозги, и у нее нет суперспособностей, которые подсказали бы ей, что ты другой.

Эндрю не выглядел убежденным.

— До сих пор никто ничего не заподозрил. — Он сделал еще один глоток из бутылки, словно черпая из неё уверенность. — Если меня раскроют, я кончу как подопытный кролик. У моей матери нет сердца.