Дело пахло керосином. Но уже поздно было что-либо менять. И если уж рассуждать здраво, то Норма была песчинкой в море тех бед, что меня и так окружали.

‒ Прорвусь, ‒ махнув рукой, улыбнулась девочкам.

‒ Прорвемся, вообще-то, ‒ тут же поправила меня Тоня. ‒ Не забывай, что мы на твоей стороне.

‒ Да, да! Один в поле не воин ‒ знаешь такое?

Глэдис с нехарактерным для нее энтузиазмом вскинула кулак в воздух, призывая нас последовать ее примеру. Я улыбнулась, чувствуя, как на душе становится легко и свободно. Поддержка моих новых подруг была не просто приятным бонусом, она была мне жизненно необходима.

И почему я раньше не хотела ни с кем дружить? Оказывается, это очень даже приятно.

‒ Знаю, ‒ ответила я, почувствовав, как вновь першит в горле. Но не от страха, а от волнения и прилива тепла, которое мне дарили девчонки. ‒ Спасибо вам. Спасибо за все.

Я протянула свой кулак и положила его на руку Глэдис. Хихикнув, картину дополнила Тоня. И дернув нашими руками, мы как будто заключили невидимый безмолвный договор о поддержке друг друга в любой ситуации.

Позже мы тихонько вернулись в женскую раздевалку, и девочки упорхнули на тренировку к магистру, а я же облачилась в форму и направилась в отстойник. Отработку, безусловно, можно было оставить на вечер, но после всех переживания я была не способна мыслить здраво. Один день мне преподаватели простят.

Отстойник встретил меня тишиной, прохладой и не самым приятным запахом. У входа на приметной деревянной подставке лежал большой, потрепанный временем журнал. На пожелтевших страницах виднелись ровные столбики имен и чисел.

Тяжело вздохнув, я взяла стилус и внесла в конце страницы свое имя. Рядом тут же проступило время моего прихода. А когда я выйду за пределы отстойника, сразу же появится и время окончания отработки. И тут не схитрить.

Работать действительно придется.

Надев на себя защитный фартук, резиновые сапоги и взяв в кладовой лопату, направилась к большой двери, за которой и крылось то самое помещение, куда старались не попадать студенты. Оставалось только защитить нос заклинанием от резкого запаха и опустить ручку.

В целом я смирилась с участью убирать за драконами в одиночестве. По крайней мере так никто не будет видеть твоего позора. И мысли можно будет привести в стройный ряд. А то в последнее время в голове творился хаос.

Да только распахнув дверь и шагнув вперед, я осознала, что сегодня в отстойнике не одна. Впереди виднелась крепкая мужская спина и темный, до боли знакомый затылок.

Что Кириан вообще тут делает?

Дорогие читатели, у Елены Солт новинка!

Попала! Замуж за злодея

Жестокий герцог одержим могуществом, властью и принцессой, которая выбрала другого. Постылый брак с её младшей сестрой раздражает и тяготит. Их ждёт печальный конец.

Откуда я знаю? А я читала этот роман! До того, как попасть в тело той самой младшей сестры, покорной и тихой. Вот только я — не она!

Задумал перейти на сторону зла и всех уничтожить? Отговорю! Не замечает меня? Заметит! Не любит? Полюбит! Вот только мне бы поторопиться, ведь по сюжету я вот-вот умру.

книга тут

Глава 48

Кириан

Найти Форда оказалось не такой уж легкой затеей. В комнате его не оказалось, как и на занятиях, о чем сообщил мне Дерак Уинт, одногруппник, с которым нас объединял один проект по алхимии. Хороший парень с примечательной внешностью: волосы ее в двадцать лет уже серебрились сединой. Что совершенно его не портило и не влияло на его самооценку. Кстати, именно поэтому ему и дали прозвище «Волк».

Но что мне до этого? Одногруппником он был хорошим и часто прикрывал мой зад, если я что-то не успевал выучить или сделать.

‒ Он сегодня не появлялся на первой паре, Кир. На завтраке его тоже не было. Но я удивлен, что ты пришел ко мне с этим вопросом.

‒ Почему?

‒ Ну, обычно вы ходите всегда вдвоем, ‒ хмыкнул Дерак. ‒ И я подумал, что сегодня не исключения. Тебя ведь тоже не было...

В этом Волк был прав. Раньше мы и правда практически всегда были вместе. Я старался приглядывать за Гиенсом, следить за его состоянием. И я верил, что у друга не может быть от меня никаких тайн. Но как же я был неправ.  И как же быстро жизненный курсор изменился.

‒ У меня немного график изменился, ‒ невпопад ответил я и попрощался с Дераком, который лишь плечами пожал. Мол, не мое это дело. Разберайся сам.

В душу не лез и на том спасибо.

Так я и ходил по академии, заглядывая во все двери, уже почти отчаявшись найти Форда. Единственное место, куда я не заглядывал ‒ почтовое отделение академии. Не знаю, что меня туда потянуло, ведь, по сути, у Гиенса не было родных. Но я все же решил проверить.