– Стефан, – Виктор взял бокал и первое слово на правах капитана. – Сегодня важный день! В твоей жизни появилась женщина, для которой тебе придется быть примером.

– Сочувствую, брат, – вставил многоопытный Микаэль.

– Цыц! – шикнул на шутника Виктор. – Так вот, я желаю тебе искренне и от всего сердца, чтобы никогда тебе не пришлось ради нее обнажать свои теневые смертоносные клинки.

– Желаю! – грохнуло за столом, и дешевое стекло стаканов радостно дзынькнуло.

А эти сливки-то оказались такими вкусненькими!

51

Виктор

Раньше все наши посиделки были чисто мужскими. Темы, шутки и манера общения – все это не подлежало никакой фильтрации. Скабрезные шутки, нецензурная лексика, чисто мужские, контекстные разговоры.

И с появлением Алексии мало что изменилось.

То есть парни, конечно, сначала пытались как-то фильтровать собственную речь, но чем больше было пустых бутылок на столе, тем меньше они старались.

И наша стрелок, удивительное дело, не стала падать в обморок при матерном слове и не ахала над каждой пошлой шуткой. Наоборот, девушка смеялась, поддерживала разговор, где-то и сама могла ввернуть словцо или неприличный комментарий.

Я всегда знал, что с новым человеком обязательно нужно выпить, чтобы понять, что у него на уме. Но никогда не думал, что придется пить с красивой девушкой. Которой еще всякие рыжие бабники дарят дорогие цветы.

– …Вот когда твоя младшенькая сестренка начнет флиртовать с учителем словесности, тогда ты меня вспомнишь… – хмыкнул Микаэль, завершая свой рассказ о том, как гонял веником какого-то там домашнего преподавателя. – Только гимназия, только женское общежитие!

– Ага, – подала голос Лекси, потягивающая через соломинку свой коктейль. – А потом окажется, что в общежитии есть дырка в заборе и твоя маленькая сестренка бегает на свидание к курсантам на соседней территории.

– Это из личного опыта? – оживился Стефан.

– Не-е-е, – вздохнула девушка, – папочка оберегал меня от всяческих потрясений. И даже хотел выдать замуж!

– Но ты сбежала и поступила в академию? – предположил Эгилл.

– Пф! – фыркнула девушка. – Еще чего. Я просто умею быть убедительной. Отец принял мои аргументы и…

– Смирился, – вставил я.

Лекси кинула на меня сердитый хмельной взгляд и заявила:

– А нечего было воспитывать такой… – тут она споткнулась и замолчала, сосредоточившись на коктейле.

– Какой? – с живым интересом спросил Микаэль, даже придвинулся к ней поближе.

– Такой ха-рак-тер-ной! – по слогам выговорила Лекси.

Парни хохотнули, а я склонился к нашему стрелку:

– Мне кажется, тебя стоит притормозить.

– С чего бы это? – спросила девушка, повернувшись ко мне.

Ее зеленые глаза смеялись задорно и хмельно, и она ничуть не смущалась ни чисто мужских разговоров, ни того, как я к ней склонился.

Такая смелая, такая красивая. Демонически притягательная.

– Ты раньше пила сливки? – спросил я, проявляя просто чудеса выдержки.

– Еще бы! Регулярно! – заявила Алексия и отвернулась, вклинившись в разговор парней.

Я с трудом подавил непрошенное желание взять ее за подбородок и развернуть обратно лицом к себе.

Да я могу гордиться своей выдержкой!

52

Алексия

«Сладкие сливки» были действительно сладкие. И еще немного терпкие. Пились легко, оставляя после себя ощущение приятной легкости и безграничного счастья.

Короче, второй и третий бокал заказывались сами собой под одобрительные взгляды парней. Ну, почти всех парней – Виктор решил позанудствовать.

– Мне кажется, тебе стоит притормозить, – произнес капитан, склонившись ко мне.

– С чего бы это? – возмутилась я, повернув голову.

И оказалось, что ярко-карие глаза как-то очень близко. Даже можно было разглядеть красивый и необычный узор радужки. Ощутить свежий аромат парфюма. На щеках уже успела пробиться щетина после утреннего бритья, делая парня старше, фактурнее.

Виктор смотрел на меня с таким знакомым беспокойством, с каким смотрели старшие братья, когда я лезла куда не следует. И мне ужасно хотелось закатить глаза, сказав, что я уже выросла и сама в состоянии принимать решения и совершать поступки.

И вообще, ничего предосудительного не делаю, чтобы на меня так смотреть.

– Ты раньше пила сливки? – спросил капитан, и мне подумалось, что он издевается. А может, это какой-то мужской юмор, который я вдруг перестала понимать за год учебы на бытовом факультете?

Что за вопрос вообще? Каждое хорошее утро начинается с кофе со сливками. Это же закон успешного дня!

– Еще бы! Регулярно! – ответила я, чуть сердясь, и отвернулась от капитана.

Хотя, признаться честно, отворачиваться не хотелось. Наоборот, хотелось преодолеть разделявшее нас крошечное пространство и посмотреть, какие тогда вопросы он придумает мне задавать.

Но это было бы нечестно по отношению к парням. Особенно Стефану.