Оказывается, на арене было отдельное дуэльное поле примерно посередине. Такая идеально круглая полянка с аккуратным газоном. Как только на нее ступали два бойца из разных команд, начиналась дуэль – периметр закрывался до тех пора, пока не оставался один победитель. Проигравший, естественно, отправляется в штрафную зону с двойным временем простоя.

– Повторяю: тебе ни в коем случае нельзя участвовать в дуэлях, – произнес Виктор.

– Да? А почему? – с искренним любопытством спросила я.

– Площадь дуэльного поля небольшая, и стоит противнику преодолеть разделяющее вас пространство быстрее, чем ты натягиваешь тетиву, тебе конец, – охотно пояснил капитан.

– Хм-м-м… – задумчиво произнесла я.

Утверждение было явно спорное, но смысл доказывать обратное? Конец так конец! Не участвовать в дуэлях – это даже лучше, чем участвовать.

– Капитан тебя бережет, – хмыкнул Микаэль. – Мне вот никогда не говорил, что я не могу участвовать в дуэлях, что это опасно…

– У тебя в оружии меч и тройной объем резерва, – заметил Виктор. – Или ты претендуешь на звание хрупкой милашки?

– Эгилл не хрупкая милашка, но ему тоже нельзя, – продолжил глумиться Микаэль.

– Серьезно? – удивилась я.

– Угу, – нехотя отозвался капитан. – Но здесь другая мотивация. Оружие – лишний вес, поэтому лекарь у нас самый незащищенный член команды.

Я посмотрела на Эгилла. Парень лекцию о дуэлях слушал с непроницаемым лицом, словно его и не заботила собственная уязвимость в игре.

– У всех так?

– В основном, – пожал плечами капитан. – Но роли игры не зафиксированы. У некоторых нет лекаря, есть второй боевой маг. Вместо теневого мага может быть другой узкопрофильный, например, призыватель или некромант. От состава зависит поведенческая стратегия противника.

– Ага, – отозвалась я. – И что делать, когда кто-то из вас оказывается в дуэльном поле?

– Как правило, игра продолжается, – пожал плечами Виктор. – Но если решила побыть зевакой, смотри, чтобы тебя не отправили в штрафную зону.

– Делать мне больше нечего, смотреть, как двое парней пытаются отметелить друг друга, – буркнула я.

Парни синхронно хмыкнули – наверняка каждый подумал что-то вроде «ох уж эти девушки!». А я просто уже насмотрелась на все эти спарринги и вряд ли смогу найти для себя что-то новенькое во время состязания по аэрену.

– И это подводит нас к главной новости, – продолжил Виктор. – Я предложил северной академии дружескую встречу. И они согласились.

Ребята одобрительно загудели. А Виктор же посмотрел на меня внимательно и добавил:

– Встреча будет через неделю. Так что тренировки теперь будут на завтрак, обед и ужин.

– Эй, а как же учеба? – возмутилась я.

– Ты учишься на бытовом факультете, – напоминал капитан. – Что там можно изучать целыми днями?

– Вот-вот! – поддакнул Микаэль. – Тебя разве мама не научила вышивать крестиком и раскладывать салфеточки?

– Не научила, – сухо ответила я.

Парни резко притихли, а Виктор подарил нашему защитнику убийственный взгляд.

– На сегодня тренировка окончена, – ровным тоном произнес капитан. – Лекси, если посчитаешь, что какие-то пары можешь пропустить для подготовки к соревнованию, мы будем тебе признательны.

Я в ответ лишь кивнула и, подхватив сумку, направилась в сторону общежития.

Ребята не знали, да, но… мне не хотелось им объяснять. Я все еще верила, что чем меньше мы знаем друг о друге, тем проще нам будет.

Ну или, по крайней мере, мне.

47

– У тебя скоро первая настоящая игра! – заметила Эмма. – Ты как?

Мы сидели в небольшой кофейне довольно далеко от академии. Я не прогуливала пары, так что утренняя тренировка проходила без меня. Хотя, к моем немалому удивлению, некоторые педагоги оказались ярыми фанатами аэрена и пытались меня выгнать с занятий, обещая «отлично» за победу.

Но я была упряма, как и всякая Лаян, так что ходила только на вечерние тренировки. В принципе, со своей стороны особых сложностей я в этом не видела – все парни оказались довольно хороши в своей специфике. Но, конечно, сыгранность хромала.

К сожалению, за неделю ее не наверстать, даже если мы вообще не будем вылезать с тренировочного полигона. Так что и смысла убиваться я не видела.

Это только на одну игру.

Последнее, впрочем, я повторяла себе так часто и регулярно, что уже должна была поверить. Но нет, стоило мне ступить на эти треклятые тропинки, как вышивка крестиком и выпечка булочек вылетали из головы, оставляя место отцовскому строгому тону: локоть выше, смотри в цель, дыши ровно…

Следуй за командиром.

Я вздохнула и откусила кусок от пирожного. Последние четыре дня были какими-то дурными и сумасшедшими, так что я воспользовалась безответственностью своей соседки и подговорила ее прогулять ужин в городе.

Вся академия прознала, что я – тот самый стрелок в нашей команде, и я ждала, что начнется девичья травля или мужское ехидство. По взглядам, честно говоря, многие готовы были мне голову откусить, но…

Никто не пытался меня обидеть.

Я снова вздохнула и снова откусила пирожное.

– Лекси! – позвала Эмма, отчаявшись услышать ответ.