— А ты бы была приветлива, если бы у тебя в классе учился мастер Джеймс?

Молли усмехнулась.

— Тот ещё чертёнок, видно.

Дверь вновь открылась. Учитель вышел, а за ним показался молодой рыжеволосый мужчина с озадаченным, любопытным выражением лица.

— Вы хотели меня видеть? — тихо спросил он, плотно закрывая за собой дверь.

Кендра не поняла, сделал ли он это, чтобы ученики не подслушивали или не сбежали.

Она протянула руку. Молодой человек удивлённо посмотрел, но всё же пожал её.

— Да. Я мисс Донован, это Молли.

— Вы американка.

Другой учитель что-то неразборчиво пробурчал.

— Я вас оставлю, мистер Элвес, — громко произнёс он, неодобрительно оглядев Кендру и Молли. — Советую не затягивать… что бы это ни было. Нельзя допускать нарушений порядка.

— Понимаю. Спасибо, мистер Нортон.

Они смотрели, как учитель быстро шагает по коридору, а затем услышали его крик, когда он распахнул дверь класса:

— Мастер Джеймс! Немедленно слезь с…

Остальные слова заглушила хлопнувшая дверь.

Элвес виновато посмотрел на Кендру.

— Посетители у нас редки, особенно дамы. У меня только несколько минут. Чем могу помочь?

— Я слышала, вы дружили с мистером Паско. Мне нужно задать несколько вопросов о нём.

Лицо учителя будто вытянулось от горя.

— Для меня большая честь, что мистер Паско считал меня другом. Признаться, я ужасно потрясён его… тем, что случилось. Но не знаю, чем могу вам помочь, мисс Донован. Констебль Лич уже расспрашивал меня, и мне нечего было ему сообщить. Что же я могу сказать вам?

— Всё же буду признательна, если вы найдёте немного времени.

— Я должен вернуться к ученикам. — По его губам скользнула улыбка. — У меня тоже есть свой мастер Джеймс. Страшно подумать, что затевает мастер Маркус за этой закрытой дверью. — Он помедлил. — Через двадцать минут урок закончится, и мальчики отправятся в церковь молиться. Если подождёте, тогда смогу с вами поговорить.

— Подождём.

— Можем встретиться в парке у школы. Если вам не слишком холодно? Удивительно даже думать, что на дворе май.

— Парк прекрасно подойдёт. До встречи через двадцать минут.

Кендра с Молли провели время, гуляя по зелёному участку позади школы. Земля поднималась пологим холмом, а потом спускалась к перелеску с густыми дубами, ясенями и ольхой. Холодный ветер пронизывал пальто Кендры и доносил запах Темзы. Должно быть, река протекала сразу за лесом. Она представила, как мальчишки, освобождённые от уроков и молитв, с восторгом носятся по этой лужайке.

Молли использовала прогулку, чтобы отговорить хозяйку от мужского костюма на маскараде.

— Да кто же захочет танцевать с вами, мисс, если на вас будут штаны? — причитала горничная, заламывая руки.

Кендра усмехнулась.

— Ещё одно достоинство костюма.

— Её светлость взбесится, уж поверьте, — мрачно предрекла Молли.

— Что тут нового? Леди Этвуд всегда мной недовольна.

— Может, велит вам остаться дома.

— Будем надеяться.

Лицо Молли исказилось от отчаяния.

— Это противоестественно, мисс.

Кендра закатила глаза.

— Это костюмированный бал, а не приём у папы римского.

Молли недовольно поджала губы. Как и большинство протестантов Англии, она относилась к папе римскому с большим подозрением.

Кендра заметила мистера Элвеса, шагавшего к ним. Он надел шерстяное пальто и треуголку. Молли отошла, оставляя их наедине.

— Простите, что заставил ждать, мисс Донован, — извинился он.

— Спасибо, что нашли время.

Он вздохнул.

— Сейчас для меня тяжёлый период. Как уже говорил, смерть мистера Паско стала страшным ударом. Мне его не хватает.

— Вас не было на дознании.

Он скривился и покачал головой.

— Нет. Не мог… Прежде я бывал на дознаниях и нахожу их шумными, беспорядочными зрелищами. Мистеру Паско было бы невыносимо… предстать перед всеми в таком непристойном виде.

Кендра не стала спорить.

— Вы знали Паско ещё по Мейденхеду?

— Нет, познакомился, когда он переехал в Кукем. Заметил его в трактире: он читал «Элегию, написанную на сельском кладбище» Томаса Грея. Знаете её?

— К сожалению, не знакома.

— Одно из моих любимых стихотворений. Я заговорил с ним, и беседа постепенно переросла в дружбу. Сам я тоже пробовал писать стихи. — Он смущённо улыбнулся. — Но мистер Паско был гораздо талантливее. Я даже уговаривал его послать произведения издателю.

Кендра вспомнила яростные правки на листах, найденных в коттедже.

— Но он не считал себя достаточно хорошим поэтом?