— Проклятие художника, боюсь. Он терзался сомнениями, несмотря на мои уверения. Его недавняя попытка написать большую поэму показалась мне весьма удачной. «Моя звезда» — так она называлась. Или это было её последнее название. — Он вновь улыбнулся. — С заглавиями он тоже долго мучился. Пожалуй, стоит обратиться к мистеру и миссис Паско, попросить его рукописи. Я мог бы послать их издателю от их имени, чтобы стихи вышли посмертно.

— Это была бы достойная дань памяти вашего друга. — Она выждала мгновение. — А о работе Паско с вами говорил? Упоминал о каком-нибудь недавнем напряжении?

— Ни о чём, за что его могли бы убить.

— А о том, из-за чего мог повздорить с кем-нибудь?

Элвес нахмурился.

— Это совсем другой вопрос, не правда ли? Знаю, что у мистера Паско несколько раз возникали разногласия с дядей миссис Гейвенстон, капитаном Синклером. Его это тревожило.

— Капитан Синклер пытается захватить пивоварню Барретта, — сказала Кендра.

— Да, но дело не только в этом. Важнее было то, как коварно он действовал. Капитан Синклер пытался склонить мистера Паско на свою сторону и даже угрожал, если тот останется верен миссис Гейвенстон.

— Старший мистер Паско… отец Джереми, — уточнила Кендра. — Он тоже говорил, что капитан пытался запугать сына.

— Капитан уверял мистера Паско, что выиграет эту войну за управление пивоварней и запомнит его неверность. Обещал выгнать его без рекомендаций, когда станет хозяином.

— Сильно сказано, — заметила Кендра. — Паско беспокоился?

— Думаю, да. Говорил, что стоит поискать другую работу. Насколько мне известно, он обращался к прежнему работодателю, чтобы вернуться на старое место в банке.

— В самом деле? Когда?

Элвес поджал губы, вспоминая.

— Кажется, за несколько дней до смерти. Но ведь это не могло быть связано с убийством?

— Не знаю.

Однако вполне могло быть связано с ссорой между Паско и миссис Гейвенстон в день убийства. Возможно, мистер Шоу предупредил одну из крупнейших вкладчиц банка, что её управляющий собирается уйти, надеясь снискать её расположение.

— Он упоминал вам мистера Флетчера? Или мистера Мерсера?

— Флетчер — такой же подлец. Он прямо попросил Паско украсть для него рецепты с пивоварни Барретта! Чёртов… ах, простите. Этот человек — настоящий пират. Мистер Паско был справедливо возмущён, когда рассказывал мне.

— Он поссорился с Флетчером?

— Не знаю, можно ли назвать это ссорой. Паско сказал, что никогда не сделает ничего подобного и сообщит обо всём миссис Гейвенстон.

— Миссис Гейвенстон или мисс Гейвенстон? — спросила Кендра. Ведь Хестер знала о подкупе, а мать — нет.

Элвес нахмурился.

— Миссис Гейвенстон — по крайней мере, так я понял. Хотя он тесно работал с мисс Гейвенстон. Может, он имел в виду её. Не знаю. Это важно?

— Думаю, нет. А что насчёт Мерсера?

— Паско считал его щёголем, если хотите знать. — Элвес чуть улыбнулся. — Мерсер постоянно подчёркивал, что он сын виконта, хотя, кажется, семья отреклась от него за брак с девушкой ниже по положению. И, по слухам, до женитьбы у него ни гроша не было. — В этих словах прозвучало тихое удовлетворение. — Паско общался с ним ближе, чем я, поскольку часто обедал в Уайт-Понд-Мэнор. Меня представили Мерсеру на деревенском вечере; с тех пор иногда вижу его в Кукеме. Думаю, за развлечениями он ездит в Лондон.

— Паско говорил о знакомстве Мерсера с Флетчером? — осторожно спросила Кендра.

Элвес удивился, но совсем не так, как она ожидала.

— Откуда вы узнали?

— Значит, Паско знал об их связи?

— Один местный фермер, мистер Логан, рассказал ему, что Флетчер предлагает больше денег за урожай, если тот продаст зерно ему, а не миссис Гейвенстон, как обещал. Паско поговорил с фермером, а затем отправился в Лондон, на «Эпплтон эль», к Флетчеру. И там увидел Мерсера. Во всяком случае, решил, что это Мерсер. Паско признался мне, что видел его лишь издалека. Когда окликнул, тот поспешил прочь и сел в наёмный экипаж раньше, чем Паско успел подойти.

— А позже Паско спрашивал об этом самого Мерсера?

— Тот всё отрицал.

— Но Паско не поверил?

— Нет. Однако прямо назвать мистера Мерсера лжецом он не мог, верно? Тем более видел человека только издали. И всё же говорил мне, что станет за ним наблюдать.

Раздался низкий гул церковных колоколов. Элвес оглянулся на школу и вздохнул.

— Боюсь, мне пора, мисс Донован. Ученики скоро вернутся с молитвы.

— Ещё один вопрос. Паско что-нибудь говорил об Альбионе Миллере?

Элвес нахмурился.

— Нет. По крайней мере, не припоминаю.

— Благодарю, мистер Элвес. И соболезную вашей утрате.

Он грустно улыбнулся.

— Очень признателен, мисс Донован. У нас с мистером Паско было много общего. Любовь к литературе и стихам. И, конечно, наше несчастливое происхождение. Боюсь, другого такого друга у меня не будет.

— Несчастливое происхождение?

Элвес уже отвернулся, но остановился.

— Да. Мы оба были подкидышами. Нас связывало столько интересов, что иногда я даже думал, не… Впрочем, неважно.

Кендра удивлённо уставилась на учителя.

— Вы хотите сказать, Паско усыновили?