— Не припомню ссоры, — наконец сказал он. — Возможно, ему не понравилась моя прямота, когда я объяснял, почему миссис Гейвенстон следует продать предприятие. — Тонкие губы скривились. — В делах нет места рыцарству, как нет места и женщинам. Мужчины должны иметь право говорить откровенно, не опасаясь оскорбить нежные чувства прекрасного пола.

— Что-то миссис Гейвенстон не кажется мне нежной.

— И тем не менее мистер Паско считал нужным выступать её личным рыцарем. — Флетчер крепче сжал трость и презрительно поморщился. — Должен откланяться, мисс Донован, милорд. Я не принадлежу к знати и вынужден зарабатывать на хлеб с маслом.

— Ещё один вопрос. — Кендра дождалась, пока он вновь посмотрит на неё. — Где вы были в субботу с четырёх до восьми?

Он помедлил лишь на миг.

— Там же, где провожу почти всё время. Работал в «Эпплтон Эль».

— А в воскресенье?

— Тоже работал.

Кендра приподняла бровь.

— Даже в воскресенье, в день Господень?

Его улыбка снова стала холодной.

— Я не религиозен, мисс Донован. И у меня нет ни жены, ни детей. Предприятие требует всего моего внимания. Если сомневаетесь, найдётся множество свидетелей. Можете их расспросить.

— Те же свидетели, которые подтвердили ваши заявления о самообороне, когда вы убили человека?

Он долго смотрел на неё. От этого взгляда у Кендры возникло ощущение, будто по ноге проползло что-то холодное и чешуйчатое. Алек молчал, но придвинулся ближе. Она не подняла глаз; смотрела прямо на Флетчера и заставила себя улыбнуться.

— Я думала, вы цените откровенность, мистер Флетчер.

— Туше. — Вместо ответа он коснулся полей цилиндра. — Доброго дня, мисс Донован… милорд.

Флетчер развернулся, полы его тяжёлого пальто взметнулись, и зашагал к блестящей чёрной карете с уже опущенной подножкой. Кучер поспешил открыть дверцу.

Кендра посмотрела на Алека. Лицо его было мрачным.

— Ох, — выдохнула рядом Молли. — Надеюсь, мисс, вам больше не придётся с ним знаться. Странный тип. Злой. — Она передёрнула плечами. — Это по глазам видно. Злые у него глаза.

Кендра промолчала, главным образом потому, что была согласна с Молли.

Глава 19

В «Зелёном рыцаре» Сэм протолкался сквозь толпу к столику, где всё ещё сидела миссис Дойл со своей спутницей. Судя по тому, как старуха продолжала надрывно кашлять, скоро она наверняка отправится обратно в постель, и ему хотелось поговорить с ней прежде, чем та уйдёт.

— Миссис Дойл, — обратился он, доставая дубинку из глубокого кармана. — Сэм Келли. Можно вас на пару слов?

Тёмно-карие глаза, глубоко посаженные в круглом, сморщенном от старости лице, смотрели с хитростью уличной девки, прикидывающей, сколько можно вытянуть из богатого господина.

— Ты тот самый ловец воров, что вчера хотел со мной потолковать.

Сэм не любил старое прозвище «ловец воров», напоминавшее о былой продажности профессии, но кивнул.

— Ага. Я расследую убийство мистера Паско.

— Ты и та девчонка, герцогская подопечная, судя по всему. — Старуха хитро прищурилась, разглядывая его, однако тут же закашлялась и сморщилась от раздражения. Спутница несколько раз похлопала её по спине. — Проклятый грипп! — прохрипела миссис Дойл.

— Я тебе говорила, что надо было оставаться в постели, — укорила спутница.

— Не начинай, Миртл, — выдохнула старуха. Она схватила стакан с виски и одним глотком допила остаток, затем ещё пару раз тяжело прокашлялась. — Я здесь ненадолго, — предупредила она Сэма. — Но как я могла пропустить дознание в собственной таверне? Тем более когда этим заведует проклятый Пейтон. — Она бросила взгляд на коронера, который и после завершения дела не спешил уходить. Он сидел за столом с несколькими мужчинами, смеялся и пил. — Да будь Темза элем, этот проклятущий тип осушил бы её до дна. И ни гроша не оставил бы за хлопоты.

Сэм хмыкнул. Он знал, что большинство трактирщиков бесплатно поят коронера. Учитывая выручку от посетителей дознания, сделка казалась вполне честной. Но Сэм видел, сколько кружек успел осушить Пейтон. Возможно, миссис Дойл была права.

— Господи, как же лёгкие горят, — пробормотала старуха, стягивая к груди многочисленные шали костлявыми, похожими на когти пальцами. Она взяла оставленную на столе тлеющую трубку, из маленькой чашечки которой поднималась тонкая струйка белого дыма, сунула мундштук в рот и затянулась. Поймала взгляд Сэма. — У тебя пять минут, потом я домой.

Сэм сел.

— Слыхал, в деревне мало что происходит без вашего ведома.

Миссис Дойл ухмыльнулась, обнажив кривые, пожелтевшие зубы.

— Ушки и глазки у меня всегда открыты.

— Так что вы слышали про мистера Паско? Кому понадобилось его убивать?

Она задумчиво пососала мундштук.

— Никого не знаю, кто желал бы ему смерти. Жалобы бывали, да, но до злобы не доходило. А судя по тому, что я видела вон там… — Она кивнула туда, где на столе лежал Паско. — Тут без злобы не обошлось.

— Какие жалобы?

— Не столько жалобы, сколько ворчание. Родственникам Горации не нравилось, что она чересчур балует мальчишку.

— Горации? — Сэм приподнял бровь.

Смешок миссис Дойл обернулся новым приступом кашля.