Удар был сильным. Либо она была сильной (она была), либо я был в плохой форме после нескольких недель избиений (я был). Мне отчаянно хотелось заверить ее, что я достаточно стар, чтобы быть ее отцом, и что я не занимаюсь сексом с подростками, что ей не о чем беспокоиться со мной в этом плане, но это прозвучало бы фальшиво. У меня было ощущение, что разница в возрасте не имела большого значения для некоторых других мужчин, которые ухаживали за ней.

Она пристально смотрела на повязку на моем запястье. - Что случилось?

- Порезался.

У меня было странное ощущение, что она не совсем мне поверила. Она не была наивной. Она была уличным ребенком и сразу чуяла чушь. Мне показалось, что она только что уловила какой-то запах.

- Где ты живешь? - спросил я, сменив тему.

- В разных местах. У меня есть комната в доме на улице и еще несколько убежищ. На случай, если у меня возникнут проблемы, у меня всегда есть место, где можно спрятаться. - Она пожала плечами и зажгла еще одну сигарету. - Пока что это срабатывает. Но рано или поздно я уеду.

- Не возвращайся в Бенсонхерст, - предупредил я ее.

- Там плохо?

Я кивнул. - Миллионы зомби. Там полно сил ARM. Повсюду ополченцы, выживальщики, сумасшедшие.

- А эти твои друзья, - сказала она. - Ты уверен, что они до сих пор на той ферме? Ты уверен, что они вообще живы?

- Должны быть.

Она кивнула. - Скоро стемнеет. Придется подождать до утра. Потом и посмотрим, что там с этой фермой.

Она сказала, что у нее есть место, где мы сможем переночевать, но не позволила мне пойти туда, пока я не избавлюсь от этого отвратительного запаха смерти, прилипшего ко мне. Сзади дома был ручей. Она дала мне кусок мыла и одежду, принадлежавшую тому, кто жил в этом доме до нас, - неоново-зеленый спортивный костюм, в котором я выглядел как какой-то неудачливый рэпер. Пока она ждала у гаража, присматривая за окрестностями, я сорвал с себя грязную военную форму и вошел в ручей. Глубина была всего около трех футов, вода была холодной, но чувствовалось облегчение. Я намылил волосы и тело примерно три раза, прежде чем снова почувствовал себя человеком. Я вытерся полотенцем, которое дала Робин, а потом надел спортивный костюм. В дополнении к боевым ботинкам я выглядел совершенно нелепо.

- У тебя много синяков и порезов, - сказала она, когда я подошел к гаражу. - Похоже, тебе пришлось несладко.

- Ты за мной наблюдала?

- Да, а почему бы и нет? Мне нравится смотреть. Что в этом плохого?

Я попытался придумать причину, но произошло столько изменений, что я не смог ничего придумать. Но к тому времени солнце уже начало садиться, и она отвела меня в наше жилье на ночь.

УБЕЖИЩЕ

Ну, если говорить честно, это была безопасная комната. Робин сказала, что не видит смысла охранять целый дом. Слишком много работы, да и это как бы рекламирует ее местонахождение для посторонних. Дом был практически в руинах. Пол на кухне был усыпан осколками посуды и стекла, мебель была разбита, окна выбиты. В стенах были пулевые отверстия. Некоторое время назад здесь развернулся бой. Войдя внутрь и увидев все это, никто бы и не подумал, что это что-то иное, кроме заброшенного дома. И именно на это и рассчитывала Робин. В одной из комнат наверху, которой она пользовалась, была массивная дубовая дверь. Она открыла ее, и мы вошли.

Когда-то это была спальня, но каркаса кровати уже не было. На полу лежал матрас размера "queen-size" с несколькими одеялами и подушками. Ящики с бутылками воды и консервами. Несколько пистолетов и патроны. На двери было два замка и ригель. Окно было забито досками.

- Ложись, поспи немного, - сказала она.

- А как же ты?

Она опустилась в кресло-качалку и задрала ноги. - Я в порядке. - Она зажгла свечу, которая давала слабый свет. - Ты измотан. Выглядишь ужасно. Отключись на некоторое время.

Наверное, я мог бы поспорить с ней. Это была ее квартира и ее кровать, а я вот так просто выгонял ее оттуда. Дело в том, что она, похоже, не возражала. Я растянулся на кровати и закрыл глаза. Она наблюдала за мной в темноте. Я это точно знал. Я чувствовал на себе ее взгляд. Думаю, я ее заинтриговал. Я был мужчиной, и тем не менее не пытался заставить ее "раздвинуть ноги, - как она любила говорить, и она не знала, как это интерпретировать. Полагаю, она доверяла своим инстинктам, считая, что я не какой-то слюнявый извращенец, иначе меня бы никогда не пригласили в ее "безопасную комнату. - И все же, несмотря на все это, она не была уверена, что я за человек.

Я был настолько уставшим, что сразу же заснул, думая о том, как меня укусили, и гадая, когда инфекция начнет меня доводить до изнеможения. Пока ничего не было, так что я не терял надежды. А еще чувствовал вину, потому что не рассказал Робин о том, что меня укусили.

Я спал долго и крепко, без снов. Когда я снова открыл глаза, мне показалось, что прошло всего несколько минут, но на дворе уже рассветало. Свеча догорела, и в комнату проникал тусклый свет через щели в досках.

Робин все еще наблюдала за мной. Она зажгла еще одну свечу, и комната осветилась. В руке у нее был пистолет.

- Зачем это? - спросил я.

Она просто продолжала смотреть на меня. - Ты говорил во сне.

- Иногда я так делаю.