Но его «спасибо», написанное так, словно он действительно был благодарен, задержалось в мыслях дольше положенного. Кассия никак не могла от него отделаться — и не была уверена, что хочет разбираться почему.

Она не ожидала доброты. Тем более от кого-то вроде Арка. Всё было проще, когда он оставался загадочным демоном с загадочной репутацией — человеком, с которым она посещала холодные, неловкие, обязательные мероприятия исключительно ради сделки.

Но теперь он был ещё и мужчиной, который заметил её боль и не стал требовать ответов. Который позволил тишине остаться между ними и не пытался её заполнить.

В груди затрепетало, но Кассия подавила это чувство.

Послание, пахнущее древесным дымом, ещё не означало привязанности. Всего лишь обаяние — а этого умения у него было в избытке. Доброта стала роскошью, которую Кассия жадно впитывала, как бродяжка под дождём, но она не могла позволить себе принять её за постоянный дом. Это были дым и зеркала. Иллюзия.

А иллюзии, какими бы убедительными ни казались, всегда рассеивались.

Она это знала.

Оставалось убедиться, что сердце тоже понимает.

16

АРК

Арк сидел один в конторе «Эгида и Пепел». Солнце едва поднялось над Восточным Анджелином, сквозь заиндевевшие окна лился бледный, водянистый свет. Он скользил по краям карт, сломанным печатям на старых письмах, корешкам книг, которые Арк сегодня утром перечитывал снова и снова, но так и не сумел осмыслить.

Он держал кружку хвойного настоя и рассеянно прихлёбывал, почти не замечая, что напиток в лучшем случае едва тёплый. Другая рука зависла над лежавшей рядом белой тигровой лилией — сегодняшним Посланием Флоры от Кассии, всё ещё пахнущим маслом и коричным сахаром.

Прежде чем написать ответ, он дважды перечитал её слова. Затем прибыл ещё один цветок — распустившаяся магнолия с бледно-розовыми, припорошенными инеем лепестками и ароматом карамели. Арк поймал её, пока та не уплыла слишком далеко. Большой палец скользнул по мягкому цветку, который развернулся золотой надписью:

Компенсацию можно устроить. Условия: терпение, похвала и, возможно, тарт. Не привыкай к благодарности. Говорят, порой я бываю несносной.

Он усмехнулся и взял перо.

Я боролся с проклятиями и укрощал артефакты, которые кусались, когда их провоцировали. Думаю, справлюсь с одной упрямой пекаршей. Но окончательный вывод сделаю после тарта.

Вскоре прилетела великолепная крупная орхидея — сумрачно-фиолетовая, окутанная дымкой с ароматом имбирного пряника. Арк поймал её в воздухе у самого плеча; лепестки раскрылись, словно откликнулись на прикосновение.

Тебе повезло: я люблю испытания. Тарт придётся заслужить — я ничего не обещаю.

Арк рассеянно коснулся цветка и положил рядом с чернильницей. «Заслужить — я ничего не обещаю». Они всё ещё говорили о тарте или уже… о доверии?

Он снова взял перо.

Значит, заслужить. Скажи, что сочтёшь достойной платой. Говорят, я превосходный дегустатор. А при должной мотивации могу быть очень терпеливым.

Через несколько ударов сердца по воздуху спиралью прилетела ещё одна лилия — крупная, нежно-розовая, достойная короля.

Терпение — многообещающее начало. А вот с должной мотивацией ещё предстоит разобраться.

Арк положил лилию, на губах медленно появилась улыбка. Он написал:

Должная мотивация. Я опасался, что ты это скажешь.

Пахнет вызовом — а я, как и ты, никогда не умел от них отступать.

Через несколько минут появился следующий цветок. Белый амариллис.

Тогда вызов принят. Любопытно будет посмотреть, как ты с ним справишься.

Когда мне нужна мотивация, я завариваю крепкий чёрный чай — или кофе, если тянет на безрассудство. Предложила бы чашку и тебе, но ты не пьёшь кофеин.

Улыбка Арка стала шире. Он снова обмакнул перо; ответ пришёл мгновенно.

Для меня это было бы слишком сильной мотивацией. Ты не захочешь увидеть меня настолько… мотивированным.

Даже отправляя ворона, Арк понимал: он идёт по тонкой грани. Непринуждённо обмениваться с Кассией колкостями было слишком легко, но замечание о кофеине стало риском. Неужели она наконец выяснила, как он действует на демонов его вида? Или спросила Лилибет? Полуаморет могла знать благодаря демоническому происхождению.

Арк не думал, что Кассия уже раскрыла правду. Но ей было любопытно.

А любопытство в её руках становилось опасной вещью.

С лёгкой улыбкой он подошёл к мраморной консоли у боковой стены. Там ждала маленькая обсидиановая ваза. Арк поставил внутрь все пять цветов, сложил над ними ладони и тихо произнёс несколько строк на дэймарском. По цветам пробежала тонкая пелена серебряного света. Лепестки окрепли, аромат корицы застыл во времени, словно благоухающая дымка в стеклянной банке. Позже он отнесёт их домой к остальным цветам.