Оливия кивнула, не отрывая взгляда от гобелена, изображавшего давно минувшее сражение. Его яркие нити словно хранили отголоски былых ужасов.

— Да, спасибо.

Бесшумные, словно тени, слуги появились с подносами, на которых стояли чаши с шербетом и тарелки с восточными сладостями. Охлаждённый гранатовый шербет приятно освежал язык, но наслаждение его сладостью длилось недолго. От нетерпения, сжимавшего мне грудь, даже этот вкус казался горьким. Никакие любезности не могли унять бурю, назревавшую внутри меня.

Нарочито медленно поставив чашу, я подался вперёд и пристально посмотрел на пашу Хасана.

— Нам нужны ответы.

Казалось, от моего заявления сама комната содрогнулась, а воздух сгустился в ожидании его ответа. Паша Хасан смотрел на меня с невозмутимым спокойствием. По его лицу невозможно было догадаться, насколько важным был этот разговор.

— Я хочу, чтобы ты понял одну вещь, — начал он тихим, напряжённым голосом. — Охотники за временем никогда не были вашими врагами. Они были вашими союзниками. Когда-то это было благородное общество целителей, которые использовали своё умение управлять временем для создания эликсиров и снадобий, помогавших нуждающимся. Но затем Сальваторе извратил их сознание и превратил в убийц, настроив против нас, существ тьмы, Рождённых временем и Связанных временем.

— Зачем? — спросил я, пытаясь осмыслить услышанное.

Глаза паши Хасана вспыхнули яростью, которую он едва сдерживал.

— Кто знает? Возможно, семена порока долго дремали в душе Сальваторе, пока однажды он не достиг предела. Когда-то Рождённые временем и существа тьмы были союзниками, объединёнными общей целью. Но Сальваторе отравил Общество охотников за временем, заставив их уничтожать нас и ослаблять наши силы.

Я уставился на него, не веря собственным ушам.

— Но ты ведь сам Охотник за временем. Более того, ты возглавляешь Общество Анатолии.

— Я Охотник за временем, но не такой, как остальные. Я использую свои способности во благо, а не во зло.

От его заявления я на мгновение лишился дара речи.

— Что ты имеешь в виду?

— Изначально Охотники за временем назывались Целителями времени, — произнёс паша Хасан, и в его голосе прозвучала печаль. — Безжалостные, опасные и погрязшие во зле Охотники за временем — это Сальваторе и Матиас. Все испытания, через которые вы прошли, были необходимы, чтобы подготовить вас к грядущему. Могучие воины, с которыми вам пришлось сражаться, когда-то были дикими и необузданными, пока я не подчинил их своей воле. Каждый из них — свирепый воин султана, чьё мастерство оттачивалось до тех пор, пока он не стал практически непобедимым в бою.

В его голосе звучала гордость. Пронзительные тёмные глаза впились в мои с такой силой, что я невольно сосредоточил на нём всё своё внимание. Тяжесть этого взгляда ощущалась почти физически. Он словно давил на меня, заставляя осознать всю серьёзность услышанного.

— Я собирал для тебя армию, — продолжил он. — Армию, которую не сумели развратить ни Сальваторе, ни Матиас. Всё это время я скрывался здесь под чужой личиной, ожидая возможности встретиться с тобой как с собственным сыном. Я очень долго ждал этого момента, Роман. Всё, что тебе рассказывали о невероятном могуществе Охотников за временем, — правда. Но именно мы являемся истинными Охотниками за временем, а не те развращённые убийцы, которых создал Сальваторе и которых обучал Матиас.

Его слова повисли в воздухе, словно дым, проникая в самые потаённые уголки моего сознания и затуманивая мысли, которые прежде казались мне незыблемыми истинами. Я откинулся на спинку кресла, и дерево скрипнуло под тяжестью моего тела. Услышанное выбило меня из колеи, но вместе с тем странным образом подтвердило некоторые мои подозрения. Поиски истины привели нас с Оливией в эту роскошную комнату, к человеку, который одновременно признавался в своём отцовстве и в том, что всё это время скрывал от нас правду.

— Тогда кто отдаёт тебе приказы? — настойчиво спросил я, стараясь говорить твёрдо, несмотря на нарастающее беспокойство.

Паша Хасан откинулся на спинку своего роскошного кресла, ничуть не смущённый моим растущим нетерпением.

— Приказы мне отдаёт Лазарус, — ответил он, небрежно махнув рукой.

— Кто такой Лазарус? — спросил я, чувствуя, как терпение иссякает от бесконечных загадок. — В Древнем Риме я знал его под именем Гай. Этот человек много раз спасал меня от смерти.

— Да, ты знал его как Гая, но его настоящее имя — Лазарус, — произнёс паша Хасан. Раздражение внутри меня продолжало нарастать, пока он подавался вперёд, не сводя с меня глаз.

— Позволь мне начать с самого начала. Слушай внимательно. Давным-давно я учился в школе тьмы Матиаса.

Его слова змеились в воздухе, словно дым. Уловить их смысл было непросто, а поверить в них — ещё труднее.

— Матиас опасен. Невероятно могущественен и опасен. Он действует под руководством Сальваторе, отца тьмы. Меня же обучал Лазарус, отец Рождённых временем. Мы сражаемся на стороне добра.