Алекс отпускает мою руку. Вот чёрт, похоже, на сегодня я ему больше не нужна. И кто бы его осудил, если учесть, что последние несколько часов я веду себя как неловкая потная катастрофа на двух ногах. Вся комната выдержана в кремовых и золотистых тонах, а с сурового портрета на стене на нас взирает один из предков семейства Дженкинсов — один из немногих героев Гражданской войны на стороне Союза в этом городе, как рассказал отец Алекса.

— Неужели уже полночь? — спрашиваю я миссис Дженкинс.

Она смеётся и поднимается. Не понимаю, почему Алекс и его бабушка считают её легкомысленной. По-моему, она просто чудесная.

— Уже поздно. Пойдём, Иви, я покажу тебе твою комнату. Мы уже отнесли туда твои вещи.

Я встаю. У меня слегка кружится голова от шампанского, поцелуев Алекса и его украдкой подаренных ласк на протяжении всего вечера. Я совершенно перевозбуждена. Моё тело словно натянутая резинка — напряжено до предела и вот-вот лопнет. Не представляю, как ему удаётся доводить меня до такого состояния одними поцелуями и прикосновениями.

Попрощавшись со всеми в комнате, я следую за миссис Дженкинс. К моему удивлению, Алекс тоже идёт с нами. Что он задумал? Наверное, хочет пожелать мне спокойной ночи. Он ведь джентльмен. Или собирается обсудить, как прошёл этот первый день. Разобрать моё поведение, оценить, насколько хорошо я справилась.

Вполне в его духе.

Мы поднимаемся по величественной деревянной лестнице, проходим по коридору и заходим в комнату в самом его конце.

— Раньше это была спальня Алекса, когда он был мальчиком, но мы недавно её обновили, — говорит его мама.

Если до этого я ещё чувствовала сонливость, то теперь от неё не осталось и следа. Это самая романтичная комната, в которой мне когда-либо доводилось бывать. Стены выкрашены в нежно-голубой цвет, оконные ламбрекены на тон темнее, а кровать… Боже, эта кровать. Ей, наверное, уже лет сто, но её прекрасно отреставрировали. Деревянная кровать с четырьмя резными столбиками и частичным балдахином над изголовьем. Одеяло и подушки белоснежные, пушистые. Мне не терпится забраться под одеяло и уютно устроиться среди этих простыней.

Мой взгляд скользит к камину у одной из стен, а затем к прекрасным нежным картинам с цветами, со вкусом развешанным по комнате.

— А мне больше нравилось, когда здесь висели плакаты с мотоциклетными гонками, — фыркает Алекс.

Я провожу пальцами по изножью кровати. Её столбики украшены искусной резьбой в виде ананасов.

— Иви, загляни в ванную, там должно быть всё необходимое, — говорит миссис Дженкинс, указывая на дверь.

Думала, меня уже ничем не удивить, но ошибалась. Отдельно стоящая ванна цвета слоновой кости имеет изящную, соблазнительную форму, напоминающую туфельку. На вид в ней легко поместятся двое, и я тут же прогоняю картинку, возникшую в голове: мы с Алексом нежимся в горячей пенистой воде. Целуемся.

Обнажённые.

Щёки вспыхивают, и в огромном зеркале в позолоченной раме я замечаю своё отражение. Лицо раскраснелось, волосы растрепались. Наверное, потому что Алекс весь вечер играл с ними. Глаза широко распахнуты, взгляд какой-то безумный. Я глубоко вдыхаю и понимаю, что за эти часы бесконечных разговоров мой мозг просто переполнился впечатлениями.

Мне нужен сон. Немного времени наедине с собой, чтобы прийти в себя. Только и всего.

Выхожу из ванной и вижу, как Алекс целует мать в щёку. Он тихо желает ей спокойной ночи.

Она раскрывает объятия, и я быстро обнимаю её в ответ. В семье Дженкинсов все, похоже, обожают обниматься и прикасаться друг к другу, но меня это ничуть не смущает. Мои родители тоже были очень ласковыми.

— Спасибо, миссис Дженкинс. Вы так добры, что согласились принять меня в своём доме.

— Не за что, Иви. Ты мне очень нравишься. И я знаю, что бабушка Алекса, скорее всего, придёт в ужас, но я решила поселить вас здесь вместе. Незачем придерживаться старомодных правил. Она переживёт.

Алекс усмехается, а я не уверена, что должна смеяться вместе с ним. Поэтому лишь медленно киваю, осмысливая её слова.

Мы будем спать здесь? Вместе?

Миссис Дженкинс похлопывает сына по щеке.

— Вы, чёрт возьми, женитесь! Мы все взрослые люди и прекрасно понимаем, чем взрослые любят заниматься по ночам.

Алекс стоит молча, не возражая и ничего не добавляя. Он лишь смотрит на меня своим ленивым, соблазнительным взглядом. Миссис Дженкинс только что дала нам зелёный свет на секс в её доме. У меня всё сжимается внутри — то ли от волнения, то ли от желания. А может, и от того и другого. Я бросаю взгляд на кровать.

— Спокойной ночи вам обоим! — Миссис Дженкинс слегка машет нам рукой и бесшумно выходит из комнаты.

Я всё ещё стою как вкопанная посреди комнаты. Алекс похож на охотника, которому наконец удалось поймать самую неуловимую добычу.

Но как же обещание, которое я дала себе сегодня? Позволить себе жить этой фантазией. Не отказываться от новых впечатлений. Хоть раз в жизни просто получать удовольствие и перестать быть такой ответственной.