И с этими словами он прекращает целовать и ласкать меня, подхватывает на руки и несёт через комнату к большой кровати. Осторожно укладывает на матрас. Я ожидаю, что он тут же набросится на меня, но вместо этого Алекс остаётся стоять рядом, проводя обеими руками по волосам. Он не сводит с меня глаз и всё ещё тяжело дышит, словно только что пробежал несколько кварталов.

Я приподнимаюсь на локтях и замечаю, что подол платья задрался почти до середины бёдер. Наверняка волосы растрепались, лицо раскраснелось, и выгляжу я сейчас весьма потрёпанной. Но разве это имеет значение? Я собираюсь потерять девственность с этим потрясающим мужчиной. Который когда-то был моим начальником. И чья семья считает, что я выхожу за него замуж.

Вот ведь непростая штука — жизнь, правда?

Меня охватывает волна паники. Алекс привык к женщинам с безупречной внешностью. Опытным женщинам. Женщинам постарше. Прикроватная лампа светит не слишком ярко, отбрасывая мягкий, приятный свет. Кажется, каждая лампа в этом доме создана для того, чтобы люди выглядели как можно лучше.

И всё же я не уверена, что хочу, чтобы он увидел моё бледное тело и нескладные конечности. Не говоря уже о груди и… Я переворачиваюсь и выключаю лампу.

— Что ты делаешь? — Алекс уже нависает надо мной, прижимает к подушке, упираясь руками и ногами по обе стороны от меня.

— Разве ты не хочешь выключить свет? — Я провожу пальцами по его чётко очерченной линии челюсти.

Он качает головой, не сводя с меня глаз. Почему-то этот жест и выражение его лица становятся самым эротичным моментом из всех, что у меня когда-либо были с мужчиной. Внизу живота разливается жар, и я вдруг до мельчайших подробностей осознаю, насколько сильно возбудилась.

Всё так же глядя на меня своими тёмно-синими глазами, он опирается на одно предплечье, а другой рукой кладёт ладонь мне на горло, словно собирается сжать его. Прикосновение лёгкое. Я начинаю дышать поверхностно, грудью, пока его рука скользит по горячей коже шеи и опускается на правую грудь. Он лишь слегка касается её, и мне хочется большего. Я подаюсь навстречу его ладони, но он ведёт рукой дальше вниз, лаская изгиб талии и округлость бедра.

Он смещается влево, и его ладонь ложится мне на бедро, поглаживая обнажённую кожу.

У меня кружится голова, всё тело словно охвачено жаром. Я снова издаю протяжный, прерывистый вздох. Он сжимает верхнюю часть моего бедра, впиваясь пальцами в кожу. Это одновременно немного пугает и возбуждает. Особенно когда я чувствую, какая сила скрывается в его руках. От этого я просто схожу с ума.

Место между моих ног, насквозь пропитанное влагой, ноет от желания.

Я буквально дрожу от желания, чтобы он прикоснулся ко мне. Но ноги у меня сведены, и я не совсем понимаю, чего именно он хочет, поэтому просто лежу, тяжело дыша, изнывая от нетерпения и надеясь, что он наконец что-нибудь предпримет.

Его рука поднимается выше, под юбку. Одним плавным движением он проводит ладонью между моих ног. Инстинктивно я чуть раздвигаю бёдра, чтобы он мог просунуть туда пальцы. Он прижимается ко мне, но единственное, что мешает ему прикоснуться ко мне по-настоящему, — влажная ткань моих трусиков. Я уже почти задыхаюсь от волнения.

— О, Иви, — шепчет он, словно самому себе.

Я никогда прежде не испытывала ничего подобного. Не потому, что не хотела, просто жизнь словно выбила у меня почву из-под ног именно тогда, когда я уже была готова начать встречаться с кем-нибудь. И с моих губ срывается тихий стон.

— Пожалуйста… — мой голос звучит как мольба.

Он открывает глаза и снова сосредоточивает взгляд на мне.

— Пожалуйста, что?

Я качаю головой. Я и сама не знаю, о чём прошу. Зажмуриваюсь, не в силах выдержать его красивое лицо так близко.

— Пожалуйста, поцелуй меня, прикоснись ко мне… Делай со мной всё, что захочешь.

Он возвращает руку на моё бедро, а сам наклоняется так, что его лоб прижимается к впадинке у моей шеи.

— Единственное, чего я хочу с тобой, я не могу себе позволить.

Он целует меня в шею.

Может, мне стоит обнять его. Но он такой крепкий, такой властный, что от моей прежней уверенности не осталось и следа.

— Почему?

Алекс тихонько смеётся и поднимает голову.

— Иви, я хочу заняться с тобой любовью. Но я идиот и не взял презервативы. Я так чертовски давно ни с кем не спал, что у меня их просто нет. А у тебя есть?

Я качаю головой, отчасти не веря, что он признаётся: прошло уже немало времени с тех пор, как он в последний раз занимался сексом.

— Конечно, нет, — отвечаю я с кривоватой улыбкой. — Я девственница. Никогда в жизни не покупала презервативы.

И впервые с тех пор, как я его знаю, Алекс Дженкинс выглядит по-настоящему ошарашенным.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

АЛЕКС

Иви… что?

— Ох. Ох… — Чёрт, мужик, только не заставляй её чувствовать себя неловко из-за этого. Тут нечего стыдиться.

Я вытягиваюсь рядом с ней и ложусь на бок.

— Всё нормально, правда. Всё отлично.

Она поворачивается ко мне лицом. Её брови слегка сведены, и я надеюсь, что моя реакция на её признание её не задела.