Глядя на разбивающиеся волны, я подбирал правильные слова для Мэй. Я решил рассказать ей всё, что чувствую, без утайки.

Но трель телефона оборвала мои мысли. Я достал его из кармана элегантного костюма и посмотрел на экран.

— Мам, что случилось? Я на свадьбе.

— На свадьбе? И чьей?

— В смысле чьей? Джеймса!

— Но… — она на секунду замялась. — Вы с Джеймсом помирились?

— Ну… да.

— Ты слышал? Они помирились! — взволнованно крикнула она, обращаясь к отцу.

— Мам, ты что хотела? Это срочно?

— Мы у твоего дома с сюрпризом, но сейчас подъедем к тебе.

— Сюрприз для меня? — растерянно спросил я.

— Да, Уилл.

— О… хорошо. Тогда увидимся на парковке пляжа Кресент-Бэй.

Она согласилась, попрощалась, и я завершил звонок. Сразу после этого заметил шесть пропущенных вызовов. Все — от Эстреллы.

Странно.

Я направился к парковке пляжа, и минут через десять родители подъехали.

Я увидел, как отец выходит из нашей старой Volvo, а мама — из новенькой BMW.

Почему они приехали на двух машинах?

— Мам, ты купила новую машину?

Она подбежала ко мне и обняла так, будто я вернулся из долгого путешествия.

— Уильям!

Она не знала про Мексику, но у матерей, как известно, есть шестое чувство.

— Мы так счастливы снова тебя видеть! — вздохнула она, внимательно разглядывая меня влажными глазами.

Мама никогда не была особенно ласковой или склонной к нежностям, но с тех пор как вышла на пенсию, будто пыталась наверстать упущенное время.

— Милый, мы решили доверять тебе. И не только на словах, — сказала она, взяв моё лицо в ладони.

— Хорошо… мне приятно это слышать.

Я был растерян, поэтому перевёл взгляд на отца, который уже пристально смотрел на меня.

— Он не пил? — спросил он у мамы.

— Пап, можешь говорить прямо со мной. Я здесь, — недовольно фыркнул я. Они всегда обращались со мной как с ребёнком. — И нет, я не пил.

— Отлично. Есть новости? — спросил он, вероятно, имея в виду университет.

— Да. В ближайшие дни я познакомлю вас с одним человеком.

Глаза мамы засияли необычным светом.

— Девушка, Уилл? — её голос был полон радости.

— Я знаю её много лет, но сейчас наши судьбы совпали. Думаю, Мэй — та самая.

— Раньше я бы попросила тебя не делать её беременной, но теперь…

— Мама! — смущённо перебил я.

— Ладно, ладно. Слушай, теперь, когда у тебя снова есть права…

Она осеклась и повернулась к отцу, словно передавая ему слово.

— Мы не видим причин, чтобы ты продолжал ездить на этом старом арендованном корыте, — закончил он.

— Да, знаю, мне нужно вернуть её… — пробормотал я, глядя на машину, которая довезла меня из Мексики до дома.

Но затем мой взгляд переместился на тёмный кузов, сверкавший за спиной матери.

— Вы хотите сказать, что она для меня?

Мама кивнула.

— Мы любим тебя, Уилл.

Я остался с открытым ртом и снова позволил ей обнять себя. Она была на седьмом небе от счастья, увидев меня живым и невредимым.

— Спасибо, — прошептал я, затем обнял и отца.

Он ответил коротким, чуть неловким объятием и протянул мне ключи.

После ещё нескольких смешков, удивлённых восклицаний и благодарностей родители попрощались и уехали.

Я остался один, любуясь своим новым сокровищем. Был так восхищён, что даже не сразу заметил, как они удержались от привычных наставлений.

Не терпится рассказать друзьям.

Я подошёл к старой арендованной машине, открыл багажник, чтобы забрать пакет с фейерверками, которые заказал в последний момент, и вдруг кое-что вспомнил.

Ах да… картины.

Два полотна, которые я украл у Остина, лежали сложенные одно на другое.

Я поступил глупо. Нужно их вернуть.

Я взял их и переложил в багажник новой машины.

Но прежде чем закрыть его, услышал странное тиканье. Не придал этому значения и нажал кнопку — крышка медленно опустилась.

Мне ужасно хотелось сесть за руль, но я понимал, что сейчас не время.

Обкатаю её после церемонии.

С пакетом фейерверков я направился к ресторану и по дороге набрал номер.

— Эстрелла?

— Уилл! Где ты, чёрт возьми? Мне нужно с тобой поговорить.

— Я на свадьбе. У Джеймса, помнишь? Ты имела честь с ним познакомиться. Сейчас не могу говорить, я занят.

— Уилл, послушай, это очень важно! Ты помнишь картину…

— Полагаю, она была не такой ценной, как вы говорили. Всё это было аферой, да? Я так и думал.

— Уилл, выслушай меня внимательно…

— О… ты тоже слышишь эти помехи? — перебил я её и отодвинул телефон от уха, изображая раздражающее жужжание.

— Уилл!

— Прости, что ты сказала, Эстрелла? Я тебя больше не слышу!

— Уильям, не…

Не дав ей договорить, я сбросил вызов. Как только поднял взгляд от телефона, увидел, что ко мне бежит Марвин.

— Я забрал фейерверки, — сказал я с воодушевлением.