Я принялась подобно Виктории носиться по залу, как умалишенная, и махать веником. Девушка сейчас вооружилась подушкой и делала то же самое. Через некоторое время мы поняли, что это не имеет никакого смысла. Наши силы тратились, а грязные словечки сущности не заканчивались. Она только обзывалась, хохотала и кидалась в нас мелкими предметами (спасибо, хоть не мебелью).

— Все, иди к себе. Давно за полночь, тебе вставать рано на работу. — Прислонившись к стене, я пыталась выровнять дыхание.

— Нет, я не могу тебя оставить. Ничего, что не высплюсь. Как ты сама с нечистью справишься?

После этих слов в Викторию полетела тапка, которую я едва успела отбить.

— Еще раз нечистью меня обзовешь — я тебе все патлы вырву! — зло зашипел невидимка.

— Еще раз в нас чем-нибудь кинешь — я завтра же раздобуду ловца духов и посажу тебя под замок. Понял?

— Иди ежиков паси, мозгоклюйка! — потешалась сущность, совсем не впечатленная моими угрозами. — Мне твои ловушки как мертвому припарка! Так что изыди, лупоглазая!

— Какой же ты мерзкий! — оскалилась я. — Так и хочется тебя поймать и рот твой грязный вымыть хорошенько. Что ни слово, то ругательство. Где ты их понабрался?!

— Фильтруй хрюканину, мышь подзаборная! — почему-то обиженно ответил голос. — Я тебе тут не только спать не дам, а еще вещи все твои спалю, чтоб знала, как языком чесать!

— Не смей трогать мои вещи! — Я испугалась, что сущность навредит одежде: на какие деньги мне потом форму для занятий покупать?

— А вот нечего хамить! Заявилась здесь в чужой дом, еще угрозами тычет!

Голос вроде что-то еще хотел сказать, а потом вдруг замолчал.

— Подожди, я что-то не понял... Ты меня слышишь, что ли?

— Конечно, слышу! У меня уши в трубочку уже свернулись от твоих ругательств! —возмутилась я.

— Дэнни... — тихо окликнула меня Виктория, и во взгляде ее ощущалась растерянность. — А с кем ты все это время разговариваешь?

Я опешила и глупо захлопала ресницами, уставившись на нее.

— Как «с кем»? С невидимкой, который в нас кидался книгами, — непонимающе пробормотала я. — Ты разве не слышишь, как он ругается?

Она отрицательно покачала головой. А мне что-то дурно стало...

— Слышь, малая! — окликнула меня нечисть. — А ты, походу, того... Не человек, да?

Глава 6. Секреты

Я со скепсисом рассматривала свое заспанное лицо в зеркале. После веселых ночных скаканий с веником в руках у меня появились непривлекательные темные круги под глазами, особенно выделяющиеся на фоне фарфоровой кожи. Тонкие белесые волосы, которые при солнечном свете отливали серебряным сиянием, я всегда собирала в мышиный хвостик, потому что любая другая прическа казалась нелепой. Кожа у меня была на несколько тонов светлее волос и выглядела бледной, как при малокровии. Невероятно чувствительная, она требовала ежедневного ухода с моей стороны. Глаза у меня светло-зеленые. Но другие этой зелени вовсе не замечали, воспринимая как тускло-серые. Если добавить к общему блеклому образу маловыразительные брови и такие же светлые ресницы, создается впечатление, что я скучная выцветшая картинка, а не девушка. Да и ростом совсем мелкая, хрупкая, с виду безобидная.

Такие, как я, часто становятся предметом насмешек. Как только меня ни называли в школе: Коротыш, Заморыш, Мышка (из-за низкого роста), Привидение и Страшилка (из-за моей чрезмерно светлой кожи), Сиротка (потому что меня воспитывала только мать). По какой-то причине некоторым индивидам жизненно необходимо самоутверждаться за счет других, причем независимо от расы, пола или возраста. Взрослые тоже не стеснялись в выражениях. Наша соседка всегда звала меня Утенком и, кажется, даже не знала моего настоящего имени. Она часто охала и ахала при виде меня, обязательно сопровождая свое кудахтанье фразами в духе: «Бедная, бедная девочка, кто ж тебя, такого заморыша, в жены возьмет? Сразу видно, что нездоровая». Она и еще ряд «доброжелателей» считали меня неказистой, жалкой, бракованной, отбросом и всячески пытались напомнить мне об этом.

Что далеко ходить — собственная бабушка и вся остальная родня по материнской линии считали меня ошибкой природы. А что касается отца... Хорошо, что он не знает о моем существовании, иначе меня бы убили еще в младенчестве.

— Ты что-то там высмотреть пытаешься? Своего суженого из зазеркалья? — внезапно раздался над ухом любопытный голос невидимки.

— Смотрю на свое помятое лицо после ночного веселья! — буркнула я. — И так не красавица, а сейчас и вовсе, благодаря твоим стараниям, весь народ распугаю в академии жутким видом.