— Таков закон. Не хочешь же ты, чтобы власти пришли к тебе домой?

Я понимаю, что он шутит. Понимаю, но воздух все равно вырывается из легких. В горле тяжело, и я почти не замечаю напряжение в голосе Трэвиса.

— Отойди, Чарли.

— Извини, — протягивает тот, умоляюще глядя на меня. — Скажешь «да»?

Мне сейчас даже думать трудно. Кажется, я только и выдыхаю.

— Ладно.

Я глубоко вдыхаю через нос, успокаивая мозг. Мы в безопасности. Никто за мной не придет — Джейда и Пол проверили. Они бы предупредили, случись что-то.

Чарли переключается на последнюю жертву.

— Босс? Все согласились, так что ты не можешь быть единственным, кто не играет.

Но Трэвис — не тот, кого легко продавить.

— Я не играю.

— Ну пожалуйста?

— Нет.

— А если с вишенкой сверху?

Задорная улыбка Чарли так и дергает у Трэвиса скулу, и я вмешиваюсь.

— Давай, Трэвис. Может быть весело.

Его взгляд сужается, но я не отступаю. Он, пожалуй, самый грозный мужчина, какого я когда-либо видела, но сейчас я настроена уговорить его так, будто от этого зависит моя жизнь. Ему нужно хоть немного расслабиться, и, возможно…

Ладно. Возможно, мне самой ужасно хочется купить ему подарок.

Я почти уверена на девяносто девять процентов, что он сейчас оборвет меня и отправит всех по домам — бар же уже закрыт. Но случается неожиданное.

— Ладно.

Я правильно расслышала? Он согласился?

Чарли сияет.

— Это будет легендарно. Сейчас найду бумажки — быстро проведем жеребьевку.

Джуд все еще улыбается, глядя то на меня, то на Трэвиса.

— Не думал, что доживу до такого, Уорд.

В ответ бедняга получает лишь невнятное ворчание.

Чарли возвращается с ручкой и пятью бумажками.

— Смотрите, как делаем. — Он наваливается на стойку, что-то записывая. — Пишу на каждой бумажке по одному имени. Потом бросим их в мою шляпу и будем вытягивать по очереди. Но подглядывать и рассказывать никому нельзя — смысл пропадет.

— А если мне попадется мое же имя? — спрашивает Джуд.

— Покажешь всем, чтобы мы убедились, что ты не жульничаешь, и возьмешь другую бумажку.

— Я в восторге, — говорит Сандра и улыбается мне так широко, что я тоже улыбаюсь в ответ.

Я много слышала о Тайном Санте, но никогда не участвовала. Джейда и Пол не любители подарков, и много лет назад мы решили не дарить друг другу ничего ни на Рождество, ни на дни рождения. На этом этапе моей жизни звонок или объятие значат куда больше любой вещи. Но я не могу отрицать: мысль о том, что скоро я сделаю подарок и получу его сама, вызывает во мне радость, пусть она и кажется пустяковой.

Пожалуй, мне пора перестать стыдиться того, что делает меня счастливой, каким бы простым это ни казалось другим.

Чарли берет шерстяную шапку, которую носил утром, и бросает туда бумажки. Поворачивается к Сандре и картинно кланяется.

— Миледи.

— Осторожнее, парень, — ворчит Джуд, но мы все понимаем, что это шутка. Почти.

Сандра хихикает, засовывает руку в шапку и достает смятую бумажку. Разворачивает.

— О! Прелесть какая. Ладно.

Он поворачивается ко мне и протягивает шапку.

— Элли Кэт.

Сердце начинает стучать быстрее, когда я тянусь за бумажкой. Не то чтобы я хотела вытянуть имя Трэвиса… но пару дней назад я видела идеальные носки с медведями. И я бы умерла на месте, увидев босса в этих носках.

Пальцы дрожат, пока я разворачиваю бумажку. И я стараюсь не обращать внимания на то, как неприятно проваливается живот, когда вижу имя Джуда. Он мне нравится, и, странно, но я тут же понимаю, что купить.

Я киваю Чарли.

— Все нормально.

Он переходит к Джуду, а когда очередь доходит до Трэвиса, тот мотает головой.

— Я возьму последнюю.

— Точно, босс? — Чарли приподнимает бровь, но повторять вопрос не решается. — Ладно.

Когда он читает имя на своей бумажке, усмехается и передает шапку Трэвису. Не стыжусь признаться — я слежу за его лицом, как ястреб, пока он разворачивает последнюю бумажку. Но выражение у него непроницаемое.

— Напоминаю, бюджет — пятнадцать долларов. Не надо делать что-то грандиозное. Поменяемся подарками в канун Рождества после закрытия. Вопросы? — спрашивает Чарли, но вопросов ни у кого нет. — Отлично. И держите имя своего адресата в секрете.

Он подмигивает мне, а я качаю головой, смеясь. Уж больно он прозрачный — ставлю на то, что у него в бумажке мое имя. Зная его, он купит мне морковный пирог ради шутки. И я не буду против.

Сандра, проходя мимо, сжимает мое предплечье.

— До завтра, дорогая. Хорошего вечера.

— И вам, — машу им с Джудом, пока они растворяются в темноте улицы.

Чарли подходит ко мне перед тем, как уйти.

— Мы с друзьями собираемся на выходных после работы, — говорит он с надеждой в голосе, будто мы оба не знаем, каким будет мой ответ. — Там спокойно, паб у озера. Было бы здорово тебя увидеть.