Отвернувшись от него, я сорвал рубашку, позволяя крыльям вырваться из спины. Орион больше ни о чем не спрашивал. Я расправил крылья и взлетел, а он вспышкой вампирской скорости умчался вперед по коридору.

Я полетел следом. Орион распахивал перед нами двери, и могучие деревянные створки с грохотом ударялись о стены.

Меня настигло очередное видение. Я ослеп и увидел лишь грядущий кошмар, который должен был случиться, если мы не успеем.

Ужасный снеговик пожирал детей в соседнем городе. Малиновка насылала видения, заставляя друзей нападать друг на друга прямо на улицах, пока они не начинали сражаться, словно Астральные Противники, и не проливалась кровь. Города покрывались льдом, люди замерзали в домах, и вся страна превращалась в царство мороза и крови.

Боль вернула меня в настоящее. Я обнаружил, что врезался в Ориона на вершине парадной лестницы. Мы покатились вниз, ударяясь и переворачиваясь. Орион разбил голову, и я выругался, создав у подножия лестницы слой рыхлой земли, который смягчил падение. Увидев сочащуюся рану у него на лбу, я прижал к ней ладонь и быстро исцелил.

— Полегче. — Орион оттолкнул меня, но я в панике схватил его лицо обеими руками.

— Мы потеряли слишком много времени, — с отчаянием сказал я и снова взлетел. Орион вскочил.

Он побежал вперед, доверившись моей тревоге и не задавая вопросов.

Орион распахивал двери, но за каждой нас ждал очередной коридор. Проклятый дворец был слишком велик. Ксавьер получил огромную фору. Какой смысл звездам предупреждать меня, если сами предупреждения отнимают все шансы? Казалось, они намеренно мешали.

— Быстрее, Орио! — крикнул я, летя у него за спиной. Наконец мы добрались до коридора, где находилась гостиная.

Дверь была совсем близко.

Еще немного.

Я мог предотвратить эту судьбу.

Время оставалось.

Меня снова затянуло в видение. Я захлопал крыльями, пытаясь затормозить и уверенный, что вновь врежусь в Ориона. С криком вцепился ему в плечи, стараясь удержаться на ногах, но лишь потянул его за собой, и мы снова рухнули на пол.

На этот раз звезды показали мне мирных жителей, сражавшихся с чудовищем. Уродливая морда, закрученные рога, длинный плащ, а на нем звенят колокола погибели. Несомненно, Крампус. Жуткий зверь ловил фейри волшебным мешком, и лишь звезды знали, что происходило с ними внутри.

Если духи вырвутся из заточения этой ночью, их сила окажется огромна и будет лишь возрастать. Чем дольше они останутся на свободе, тем страшнее станут.

Я рывком вернулся в настоящее и обнаружил, что Орион кусает меня за ладонь. Очевидно, во время видения я зажал ему рот.

Я отпустил его и помог подняться.

— Быстрее, — потребовал я.

— Я пытаюсь, — прорычал он, поднимая следом меня. — Это ты постоянно сбиваешь меня с ног.

— Сегодня звезды играют с нами, Орио, — прошипел я. — Скорее. Нельзя останавливаться.

Он кивнул, распахнул дверь гостиной, и мы вместе вбежали внутрь. Сестры, Джеральдин, Калеб, Сет и Тарикс повернулись к нам в празднично украшенной комнате.

Они собрались вокруг огромной рождественской елки. Дарси стояла на воздушной колонне и вешала на верхушку последнее украшение: прекрасную хрупкую ледяную королеву, мерцавшую неземной силой нечестивого проклятия.

— Что случилось? — спросила сестра, выпуская украшение из рук. По комнате прокатилась дрожь, словно гонг возвестил конец света.

Огонь в камине погас, и из дымохода вывалилось ужасное существо, приземлившись среди золы. Темный, изуродованный Санта-Клаус. С красного пальто капала кровь, вместо лица виднелись лишь кости с содранной кожей. В отвратительных руках он держал отрубленную голову Пегаса. Сиреневого Пегаса.

— Этот гусехап убил нашего дорогого Ксавьера! — взвыла Джеральдин и с боевым кличем бросилась на страшного Санта-Клауса.

— Нет, стойте! — закричал я, пока остальные члены семьи вступали в бой. Но я знал правду. Правду, которую необходимо было озвучить, понять и услышать, если я хотел получить хотя бы шанс остановить дальнейшее.

Сет в ужасе завыл. На лицах близняшек отразились отчаяние и страх, а из ладоней вырвались свирепые хлысты пламени Феникса.

Я бесшумно метнулся вперед и унес чудовищного Санту из-под удара, когда Джеральдин выпустила ему в голову стрелу, выточенную из магии земли.

— Дурак, — отчитал я Санта-Клауса, потому что это был не монстр, а переодетый Ксавьер.

— Отпусти меня, — потребовал он и укусил за руку. Звезды не показали, что он так сделает. Черт возьми, уже второй укус за ночь.

Ксавьер выскользнул из моих рук и приземлился на задницу, а Сет замахнулся ему в голову. Ксавьер нырнул в сторону. Сет, споткнувшись о кофейный столик, перелетел через него и с яростным воем врезался головой в рождественскую елку.

Она опасно закачалась, и я слетел вниз, чтобы ее удержать. Паника рвала меня изнутри.

— Прекратите драться! — проревел я. Кажется, услышали лишь близняшки: их пламя погасло.