Нет и животных. Если не считать чертового кота. Я изо всех сил держался от него подальше, но с того дня, как Кэл притащил его домой, эта зараза решила, что я — его человеческий слуга.

Вся моя жизнь вертелась вокруг работы. Я уже давно смирился, что большего у меня не будет. Но ее жизнь я мог бы сделать немного лучше. Даже если путь будет в гору.

— Вы возьметесь за дело? — она опустила голову, и чтобы взглянуть на меня, ей пришлось поднять длинные, темные ресницы.

Ответ должен был быть «нет». Я и так едва разгребал вал дел. Процессы о релокации прожорливы по времени, а с одинокой матери я не смог бы по совести брать свой обычный гонорар. Особенно после того, сколько она уже потратила на координатора по родительству и представителя интересов детей.

Но не существовало вселенной, в которой я бы ей отказал. По тем крохам, что я знал, было ясно: с браком она обожглась, а разводом — тем более.

— Да.

Улыбка, медленно расплывшаяся по ее лицу, стоила каждой бессонной ночи, которую я проведу, готовя это ходатайство.

Сжавшиеся у глаз лучики, ямочка — она поднялась.

— Спасибо, Брайан, — голос дрогнул на моем имени, и слезы снова взяли верх.

— Рад помочь, — сказал я, подводя ее к двери. — И прости за то, что было раньше. Увидеть тебя… было неожиданно.

Она улыбнулась, и тепло разлилось у меня в груди.

— Не переживай. Должна признаться, между этим офисом и твоим бегством я уже собиралась выбираться вон через то окно.

Она кивнула на старое окно с ручкой-воротком у стены.

— А вот и нет, — сказал я. — Эта штука не открывалась лет двадцать.

Она сузила глаза.

— Разве это не нарушение пожарной безопасности?

— Все здание — одна сплошная пожарная опасность, — усмехнулся я. — Почему мы вообще здесь, я расскажу на следующей встрече. А сейчас хочу дозвониться до суда и подать уведомление о вступлении в дело до того, как они закроются через час.

Ее лицо просветлело, и, прежде чем я понял, что происходит, она бросилась ко мне и крепко обняла. Она была заметно ниже меня, но сильная — в одних местах тело подтянутое, в других мягкое. От ее прикосновения во мне вспыхнули чувства, о которых я уже думал, что они мне не доступны.

Я застыл, задержав дыхание. Клиентов я не обнимаю.

Но тепло ее тела и странное, до боли знакомое ощущение были правильными. Может, это мышечная память. Может, это запах и мой мозг сошел с ума.

Но ничего настолько правильного я не чувствовал очень, очень давно.

В ее объятиях я ощутил, будто вернулся домой после долгих лет скитаний.

И я обнял ее в ответ, закрыв глаза и глубоко вдохнув.

Отчетливо понимая, что она станет моей погибелью.

Глава 3

Джесс

Моя сегодняшняя встреча в юридической конторе была, мягко говоря, странной. Я до сих пор не могла переварить тот факт, что мой парень со студенческих времен — который, к слову, щеголял в тиаре поверх костюма от Tom Ford — выскочил из комнаты, едва увидев меня впервые за почти двадцать лет.

Может, это и ударило бы по самолюбию, если бы оно не было уничтожено давным-давно моим бывшим мужем — вместе с самооценкой, уверенностью в себе и финансовым будущим.

И будто этого было мало, меня ждала самая нелепая встреча прямо у выхода. На тротуаре меня поджидала мадам Эсмеральда — постоянная участница моих занятий по виньясе. Вместо ярких йога-костюмов, в которых она обычно появлялась на тренировках, на ней была длинная цветастая юбка, вязаный шарф и килограммы украшений. Я помахала ей рукой, но вместо ответного приветствия она решительно схватила меня за предплечье.

— Ты наконец-то пришла, — произнесла она и перевернула мою ладонь, мягко проведя пальцем по линиям. — Прекрасная линия любви. Как я и ожидала. — А потом, не дав мне вырваться, похлопала меня по щеке и добавила: — Он ждал тебя. Верь, Сверчок.

Я едва не упала в обморок. Так меня называл только папа, и с его смерти я не слышала этого прозвища. Мы с этой женщиной встречались прежде, но близкими не были и тем более она не могла знать об этом. Ло говорила мне, что она вроде как медиум, но я всегда думала, что это шутка.

После той сцены мне срочно понадобилась долгая прогулка, чтобы прийти в себя. Я налила чай в свою металлическую кружку и отправилась в студию. Планировала сама немного позаниматься, составить план занятия на сегодня и провести генеральную уборку.

Студия была небольшой, но очаровательной — с огромными окнами, выходящими на улицу. Раньше здесь много лет подряд был обувной магазин, и Лана сохранила оригинальную отделку из дерева, покрасив стены в умиротворяющие голубые и зеленые тона. Неожиданная для такого места, массивная люстра на потолке добавляла шарма, а белые шкафы вдоль задней стены, где хранились коврики, ремни и блоки, помогали поддерживать идеальный порядок.

Я зажгла свечи на алтаре, открыла окна и дверь, впуская внутрь свежий весенний воздух. Потом включила любимый плейлист.