— Совсем сокро у тебя появится сын. Сильнейший дракон. И я хочу, чтобы ты подумал над моими словами, Рэйлан. Ты моя единственная надежда. Всё, что я имею, отныне принадлежит тебе, и я знаю, ты не подведёшь. Мой сын в сравнении с тобой был слаб, и при всём моём желании породить сильнейшего дракона это не вышло. Я скорблю, каждую ночь дракон внутри меня разрывает от потери моего дитя, но жизнь продолжается, а ледяные не сдаются. Договорись с ними или найди способ навсегда избавиться. В конце концов, у него ни благодати, ни магии.

Я кивнул. Подождал ещё мгновение, а затем направился прочь.

— Рэйлан, проведай отца, ему совсем плохо, — бросил мне в спину дядя. Я снова кивнул. С отцом действительно творилась беда. Мне предстояло выяснить, что я мог с этим сделать.

_________________________________

Дорогие, спасибо вам за поздравления и приятные слова. За ваш интерес к истории, за ваши звезды и сердечки. Меня это очень вдохновляет и поддерживает!

А сейчас продолжаю вас знакомить с историями нашего моба.

Поздний наследник, или Развод для генерала драконов

– Брось свою старую бесплодную жену! – рыдала кузина, прижимая к груди младенца. У тебя уже есть сын! Он твоя плоть и кровь!

– Отпусти, – одними губами шепнула я.

Муж сделал свой выбор, и мы с сестрой рухнули в бездну…

Я думала, что свободна, пока преданный всеми генерал не упал на порог моего укрытия. Теперь я боюсь лишь одного – дракон посмотрит на моего сына и всё поймёт.

6.1 Дом

— Что это значит? — спросила я и протянула руку, что было сил упёрлась ему в грудь.Близость давила. Его слова заставили меня взволноваться. Другую руку я опустила на живот. Каждое движение в теле отозвалось болью. — О чём вы говорите?

— Ты бросила в огонь свои документы, разве нет? — ответил он и сделал шаг назад. Я шумно втянула воздух, почувствовал облегчение — Тогда стань другим человеком. Не говори о себе правды. Жену первого генерала, насколько я знаю, лишили имени, права видеться с дочерью… — он немного помолчал, и в этой паузе я услышала, как где-то за стеной стонет раненый. — Я ничего не забыл? Если твой муж узнает, что ты жива, — бросил взгляд на мой живот, — тогда и сына лишат. А затем доведут до конца то, что задумали.

Его слова вспороли болью грудь. Он говорил об этом спокойно, будто перечислял содержимое своих ящиков, а речь шла о моей жизни и жизни моего сына.

— Что именно?

— Отдадут правителю ледяных, — он снова придвинулся ближе. — Они очень хотели, чтобы мы отдали ему иномирянку. А я видел его дважды в своей жизни, когда доставлял артефакты, и скажу тебе, что он не нуждается в таких подарках. Ему не нужна женщина. Его цель — вернуть отобранные земли. Моя сделка с твоим свёкром аннулирована отныне. — Он выпрямился. Из кармана своего потрёпанного плаща достал мешочек с деньгами и, вынув горстку монет, протянул мне. — Возьми. За то, что они попытались избавиться от меня и моих драконов я попрошу Создателя о наказании. А ты возьми это, пусть благодать нашего правителя останется на этих землях. Может, в этом и был замысел нашего создателя.

Я протянула дрожащую руку, и он вложил в мою ладонь прохладные монеты. Тяжело вздохнула и убрала их во внутренний карман, который чудом не разорвался. Своих мешочков я там, к сожалению, не обнаружила, впрочем, пусть это будет плата за наши с сыном жизни.

Деньги всегда можно заработать.

Наёмник кивнул мне, развернулся и направился на выход.

— Куда же ты? — встряхнул воздух звонкий голос женщины. — Мне сейчас твоя помощь понадобится, — тут же затараторила она, когда он развернулся к ней. — И руки твои в ожогах, я заодно подлечу. Иди сюда, помоги, я второй день на ногах. Сил уже ни в руках, ни в ногах не осталось.

В одной руке она держала кружку с отваром, запах которой тут же заполнил нос: что-то терпкое, цветочное, с горчинкой. Во второй — металлическую чашку с какой-то белой кашицей.

— Вот, держи, — передала ему чашку. — Нужно мешать. Но делать это быстро, чтобы масса стала воздушной, похожей на пену. — Дала указания и снова посмотрела на меня. — Выпей. Сейчас поможем тебе облегчить боль. А потом следует поспать, — добавила и склонила голову осматривая. — Когда ты последний раз спала и ела?

Хороший вопрос, потому что не помнила. Столько всего навалилось, что чувство голода притупилось.

— Вчера, кажется, — отозвалась я и обхватила тёплую кружку двумя руками, притянула к носу, глубоко вдохнула. — Что это?

— То, что поможет тебе немного поспать, снимет боль и воспаление. В твоём положении особенно важно убрать боль и раны, чтобы силы не уходили на восстановление. Здесь зверобой, календула, немного куркумы и ромашки. Магии во мне нет, потому природные дары я использую в полной мере. Ребёнок в тебе уж очень силён. И ты должна быть сильной. Сейчас нам важно его не потерять, — продолжила она, а я молча сделала глоток. Жидкость была тёплой, с горьковатым привкусом, но не противной. Она была права, после всего, что я пережила не потерять сына было важнее всего.

Потому я доверилась, ведь кому-то должна была.

— Чудо, что магический огонь не проглотил тебя. Говорят, он отлично магию чувствует и жрёт её.