Я – одержимость Себастьяна, а он – моя. Мы собственнические, интенсивные, полностью поглощённые друг другом способами, которые, вероятно, встревожили бы экспертов по отношениям.

Но мы также счастливы. Наполнены. Целостны способами, которыми никогда не были порознь.

И если это делает нас токсичными, я с радостью приму этот яд.

Потому что некоторые виды любви стоят того, чтобы гореть ради них.

Глава сорок первая

Бет

– Я всё ещё не могу поверить, что ты проводишь мне экскурсию по бизнес-империи Себастьяна Блэквуда, – говорю я Мэттью, пока мы идём по сияющему вестибюлю одного из офисных зданий Себастьяна в Кэнари-Уорф.

– Он подумал, что тебе будет интересно увидеть легальную сторону того, чем он занимается, – отвечает Мэттью, его тон нарочито нейтрален. – Ту сторону, которая даёт работу более трём сотням человек и вносит значительный вклад в экономику Лондона.

– В отличие от той стороны, которая убивает педофилов?

Шаг Мэттью слегка сбивается. – В отличие от той стороны, которая попадает в заголовки, да.

За последний месяц я провожу больше времени рядом с Себастьяном и Сафи, и я должна признать, неохотно, что моё мнение о нём изменилось. Не потому, что он стал менее опасен, а потому, что я начала понимать, что его опасность служит цели.

– В этом здании находится его компания по развитию недвижимости, – объясняет Мэттью, когда мы входим в лифт. – Полностью прозрачно, полностью лицензировано, нанимает архитекторов, инженеров, менеджеров проектов. Они отвечают за одни из самых инновационных жилых проектов в Восточном Лондоне.

Офисы впечатляют: современные, эффективные, кипящие активностью. Люди, которые совсем не похожи на преступников, которых я представляла, работающих на Себастьяна. Просто обычные профессионалы, выполняющие обычную работу.

– А это штаб-квартира его ресторанной группы, – продолжает Мэттью, пока мы движемся по зданию. – Двенадцать заведений по всему Лондону, нанимают почти две сотни человек. Все легальны, все прибыльны, все работают в рамках закона.

– Ты пытаешься очеловечить его.

– Я пытаюсь показать тебе, что в Себастьяне есть нечто большее, чем человек, устраняющий угрозы. Он также тот, кто строит, создаёт рабочие места, вносит вклад в общество способами, которые имеют значение.

Следующий час мы проводим на экскурсии по разным отделам, встречаясь с менеджерами и сотрудниками, которые говорят о Себастьяне с искренним уважением. Не страхом, а уважением. Тем, которое исходит от работы на того, кто ценит компетентность и лояльность.

– Он не такой, как я ожидала, – признаю я, когда мы покидаем здание.

– А что ты ожидала?

– Человека, кто правит через страх. Того, чьи сотрудники боятся его.

– Себастьян может быть устрашающим, когда нужно. Но он также справедлив, щедр с теми, кто усердно работает, и на удивление заботлив по отношению к любому, кто находится под его опекой. – Мэттью делает паузу. – Ты видела, каков он с Сафи. Эта заботливость распространяется на всех, кого он считает своей ответственностью.

Мы идём по Кэнари-Уорф в комфортном молчании, и я ловлю себя на том, что украдкой поглядываю на Мэттью. Он другой, когда не в режиме телохранителя, более расслабленный, более задумчивый. Более... привлекательный.

– Можно задать тебе вопрос? – говорю я наконец.

– Конечно.

– Как ты примиряешь это? Работу на того, кто делает то, что делает Себастьян?

Мэттью серьёзно обдумывает вопрос. – Потому что я видел альтернативы. Я видел, что случается, когда хорошие люди отказываются пачкать руки, пока монстры безнаказанно разгуливают. Иногда миру нужны такие люди, как Себастьян, люди, готовые делать то, что другие не могут или не хотят.

– И тебя устраивает быть частью этого?

– Меня устраивает защищать того, кто защищает других. Себастьян уничтожил педофила, который причинял боль детям. Он спас Сафи от монстра, о существовании которого она даже не подозревала. Если это делает его преступником, то я горжусь тем, что тоже преступник.

Убеждённость в его голосе удивляет меня. Это не слепая преданность, это осознанный выбор.

– Ты действительно веришь в него.

– Я верю в то, что он отстаивает. Справедливость, когда система не работает. Защиту для людей, которые не могут защитить себя. Любовь, которая достаточно сильна, чтобы убивать. – Мэттью смотрит прямо на меня. – Ты не думаешь, что это вещи, в которые стоит верить?

Я не отвечаю сразу, потому что правда сложна. Три месяца назад я бы сказала «нет». Теперь, после того как я увидела, кем на самом деле был Деймон, после того как я наблюдала, как Себастьян разваливается, когда думал, что потерял Сафи, после того как я стала свидетельницей того, как они нашли равновесие вместе...

– Возможно, – признаю я.

Мы оказываемся в маленьком кафе у Темзы, продолжая разговор за кофе и выпечкой. Вторая половина дня сместилась с деловой экскурсии на что-то более личное, и я не совсем понимаю, как это произошло.