Рабы разбегались, когда три Раптора ворвались в центр связи. Узраал швырнул изуродованное тело офицера-янычара, пытавшегося остановить их у двери. Плоть была поставлена там по приказу сержанта Ипоса. Чувство долга принесло человеку жуткую смерть. Остальные янычары мудро решили не сопротивляться.

Крылья Родаана раздражённо дрогнули, когда он обвёл взглядом зал. Пикт-экраны, прикрученные к стенам, показывали сцены со всего Вораго, орков, бесчинствующих среди руин. Кое-где виднелись очаги сопротивления Железных Воинов, отчаянно пытавшихся удержать участки стены. Кровь Родаана вскипела, когда он осознал дилемму, стоявшую перед его братьями. Уничтожение или неподчинение. Для Железного Воина это был трудный выбор.

С каждой минутой Родаан всё больше убеждался, что сделал правильный выбор. Добравшись до Железного Бастиона, Рапторы искали Кузнеца Войны Андрааза, но узнали от его мажордома, что тот отсутствует. Кузнец Войны исчез вместе со своей охраной исчез. Он не оставил ни слова о своём направлении или намерениях. В его отсутствие он поручил сержанту Ипосу координировать оборону города.

Эта крупица информации привела Рапторов в центр связи, где они пробились через двери и стражу, чтобы достичь сердца Бастиона. Кузнец Войны ушёл до взрыва, разрушившего стены. Это означало, что самоубийственные, иррациональные приказы держать и умирать исходили только от Ипоса. Родаан намеревался перекинуться парой слов с сенешалем. А затем вытащить Ипоса из силовой брони и начать вынимать его импланты голыми руками.

— Где Ипос? — прорычал Родаан по воксу, его голос гремел из динамиков рогатого шлема. Испуганная Плоть не ответила, но несколько человек тревожно взглянули на бронированное ядро в центре комнаты. Это сказало Родаану всё, что нужно.

Похожее на многогранную кисту из титана, ядро было создано как конечный пункт управления на случай вторжения в Бастион. Внутри бронированной гробницы связь могла поддерживаться, даже если вся башня была бы потеряна. Спроектированный, чтобы противостоять армии, он служил убежищем, способным работать недели напролёт.

Родаан гневно смотрел на бронированный центр управления, изучая его структуру. Если бы он хотел захватить его невредимым, задача была бы сложной. Однако, несмотря на желание получить ответы, он был слишком практичен, чтобы настаивать на взятии Ипоса живым.

— Мельта-бомбы, — приказал Родаан. Плоть в центре связи с ужасом смотрела, как Гомори и Узраал подошли к ядру, устанавливая смертоносные заряды на немногочисленные реле, выступающие из бронированной оболочки. Один из людей закричал, и этот звук вызвал паническое бегство. Космодесантники игнорировали бегущую мимо Плоть, сосредоточившись на цели.

— Ипос, — прорычал Родаан по воксу, используя общую частоту, доступную любому Железному Воину. — Ты предал Третью Великую Роту. Даю тебе пять секунд, чтобы выйти и ответить за измену. — В центре связи воцарилась напряжённая тишина, пока Рапторы ждали. Дверь ядра оставалась заперта.

— Значит умри как предательская собака! — взревел Родаан. Он опустил перчатку в рубящем жесте. Гомори нажал активатор детонатора.

Звёздный огонь вспыхнул из ядра, когда мельта-бомбы взорвались, ударная волна прокатилась по центру связи с яростью урагана. Трещины побежали по полу, с потолка посыпались обломки, пикт-экраны искривились и разбились. Дым валил из опрокинутых терминалов и реле связи.

Рапторы шагали сквозь разрушения, словно бронированные боги, идущие через Армагеддон. Ядро перед ними было разломано, глубокая трещина ползла по его фасаду. Гомори подошёл к титановой оболочке, просунул пальцы в трещину. С чудовищным рывком он обрушил разломанный кусок на пол.

Внутренности ядра были в хаосе. Механизмы лежали в клубках проводов и труб, осколки пикт-экранов были разбросаны повсюду. Среди обломков, с пробитой и разорванной бронёй, лежал корпус сержанта Ипоса.

Мстительно Родаан двинулся вытащить труп из обломков. Подойдя, однако, он заметил уродливый ожог в центре груди мёртвого Железного Воина, след, словно от выстрела плазмы в упор. Более того, рана была старой, нанесённой несколько часов назад.

Родаан отшатнулся в тревоге, услышав голос сержанта Ипоса, доносящийся из обломков, призывающий Железных Воинов на стенах держать позиции. Он мгновение смотрел на мёртвого космодесантника, затем заметил сервитора в нескольких метрах. Дрон Ориакса был сломан, стальные ноги оторваны от таза, грудь раздавлена куском титановой плиты. Но он сохранил подобие функциональности, достаточно, чтобы продолжать отдавать приказы Железным Воинам.

Приказы, идеально имитирующие голос сержанта.

Как давно сенешаль был мёртв? Кто поставил сервитора на его место?

Сердца Родаана похолодели. Он чувствовал, что знает ответ на оба вопроса. Это объясняло многое, включая батарею, стрелявшую по ним при возвращении в Вораго.

Канал отряда затрещал, стальной голос брата Мерихема прогремел в шлеме Родаана.