— Все, можно его забирать, — сообщаю хрипло, чуть покачиваясь. Делаю вид, что выложилась до конца. Оборачиваюсь и вздрагиваю. Дракон стоит прямо за моей спиной. Когда только успел так тихо подкрасться? От близости мощного мужского тела меня пробирает дрожь. Этот законник вызывает отчетливое ощущение опасности и еще чего-то другого, странного. Невольно вдыхаю его запах, который не забивает даже запах крови. Вкусный запах. Пожалуй, даже слишком. Это неожиданно злит. Зачем он стоит так близко?

— Почему он не приходит в себя? — уточняет дракон, внимательно разглядывая меня. Его четко очерченные губы плотно сжаты, хищные ноздри трепещут. Необычно яркие, зеленые глаза на заросшем щетиной лице выглядят удивительно притягательно. На секунду черные зрачки вытягиваются, становясь вертикальными. Но тут же возвращаются в обычное состояние. А я осознаю, что неприлично пялюсь на мужчину, и отвожу глаза в сторону.

— Я ввела его в сон. Так будет легче перенести дорогу до больницы. Через пару часов очнется. 

— Кажется, вы неплохо справились, — задумчиво замечает лорд Хэмптон. В его взгляде появляется интерес, что мне совсем не нравится. Надо выпроводить его побыстрее. Но вместо этого неожиданно для себя предлагаю: 

— Садитесь сюда, вам тоже нужна помощь. 

— Не нужна, моя магия затянет рану, — морщится он. И когда я уже облегченно выдыхаю, злясь на себя, что полезла, куда не надо, дракон вдруг меняет решение:  — А впрочем, давайте, — и опускается на предложенный стул. Расстегивает камзол, стягивая его с поврежденного плеча. А я едва не вздрагиваю. Потому что замечаю на его шее кулон-артефакт. Я знаю, что это: защита от подчинения. Мой названный отец рассказывал о подобных амулетах. И даже нарисовал, чтобы я запомнила, как они выглядят. Эти артефакты очень дороги и редки, но глава тайного ведомства точно может себе такое позволить. Мысленно возношу молитву Богам, что не решилась повлиять на дракона. Выдала бы себя с головой и уже через час оказалась в застенках. 

Стараясь не подавать виду, осматриваю глубокую рану на плече мужчины. Выглядит неприятно, но на деле ничего страшного и угрожающего жизни нет. А главное, драконья магия уже должна была начать регенерацию. Только я не вижу признаков заживления. И это очень странно. Осторожно прикасаюсь к горячей коже, мышцы под моими пальцами сразу каменеют. Прежде чем отдать приказ на исцеление, не удерживаюсь от любопытства и погружаюсь чуть глубже. Я не диагност, но тело отвечает на мой запрос и показывает, где основная проблема. Невольно выдыхаю. Страшная картина искореженных магических каналов заставляет ощутить неуместную жалость к этому дракону. 

Внешне совсем не заметно, но я вижу, что он обречен потерять вторую ипостась. И процесс уже зашел слишком далеко. Вот почему его тело не исцеляется само. А еще у него должны быть проблемы с оборотом и со связью с внутренним зверем. Стоит порадоваться, что глава королевского сыска вскоре перестанет представлять для меня угрозу. Но вместо этого я испытываю горечь. Такой красивый, мощный, облеченный властью дракон, и такая трагедия. Наверняка он сложно ее переживает. Я так глубоко погружаюсь в размышления, что не сразу замечаю острый, изучающий взгляд. Мужчина вдруг обхватывает мое запястье, крепко сжимая, и требовательно уточняет:

— Ты что-то почувствовала? Что именно? Говори! 

Злость на себя накрывает с головой. Как я могла так забыться? Пусть каналы этого законника и повреждены, передо мной все еще самый опасный дракон королевства. Мне никак нельзя вызывать у него подозрений. 

— Отпустите, больно, — отзываюсь глухо, пытаясь вырвать руку из стальной хватки. — Я не диагност, могу только сказать, что рана не представляет опасности. Сейчас остановлю кровь и больше вас не задерживаю.

Он разжимает пальцы. Захожу мужчине за спину и снова касаюсь кожи, теперь едва заметно. На самом деле я уже сильно пожалела, что вообще прикоснулась к нему. Не нужно было этого делать. Ощущение фатальной ошибки растет с каждой секундой, вызывая почти панику. Только благодаря тренировкам на хладнокровие, которым регулярно подвергал меня Гарольд, получается взять себя в руки и изображать лечебный процесс. Как только кровь останавливается, убираю руки, прислушиваясь к себе. Не могу понять, что со мной происходит. Все тело вибрирует, будто в нем натянулась какая-то струна. Мне жарко и холодно одновременно. Моя обычно спокойная драконица волнуется и не находит себе места. Никогда еще со мной такого не случалось. И все из-за того, что я прикоснулась магией к внутренней сущности дракона.

— Я сделала, что смогла, — произношу хрипло, отходя от мужчины. — Вам лучше уйти. Мне надо отдохнуть, восстановить силы.