Они быстро расселись, только Агнес садиться не стала, она звала лакеев и руководила ими, пока те раскладывали по тарелкам господ кушанья и разливали вино. Барон есть не хотел и давал знать слугам, что ему много еды не нужно, лишь на пробу… Когда все было исполнено, дева слуг удалила. Поклонилась, хотела было уйти, оставив мужчин, но генерал жестом остановил её:

- Господа, помешает ли нам моя племянница?

И тогда Кальяри старший вздохнул и произнёс:

- Эта беседа будет скучна для прекрасной девы, – всё было понятно, банкиры не хотели, чтобы кто-то кроме него, слышал их разговор.

- Хорошо, - согласился Волков. – Агнес, подожди меня.

- Да, дядюшка, – ответила та и после книксена пошла к двери, а молодой банкир не удержался и проводил её взглядом. Что было, в общем-то, неудивительно.

- Итак, господа, – когда она прикрыла дверь за собой, начал генерал, - я готов вас выслушать.

Старший Кальяри покряхтел чуть-чуть, видно, ему это всё давалось не очень легко, и заговорил:

- Нашему дому стало известно, что вы, господин барон, вместе с небезызвестным господином Цумерингом и другими достойными людьми, решили организовать банк у себя в Эшбахте.

Тут он замолчал, и, естественно, это его утверждение тут же обернулось вопросом, на который Волкову нужно было отвечать, но он не спешил давать банкирам утвердительный ответ и произнёс с интонацией лёгкой:

- Если бы даже так и было, неужто открытие маленького банка в каком-то захолустье могло бы заинтересовать и обеспокоить столь влиятельный дом, как «Ринальди и Кальяри?».

- Уверяю вас, что могло бы и заинтересовать, и обеспокоить, - весьма твёрдо отзывается на игривый тон старший Кальяри.

- То есть вы обратили на нас внимание?

- Да, поэтому мы тут, – ответил Винсенто.

- Прекрасно, - Волков был не настроен на долгие разговоры. – В таком случае, объясните причину нашего приятного знакомства.

И вот тут, первый раз за встречу, заговорил Антонио:

- Мы хотим честный пай в вашем начинании.

- Честный пай… - генерал ещё не понимал всех терминов банковского дела. – Это…

- Это доля прибыли, соответствующая доле вклада, – пояснил ему молодой Кальяри. А старший добавил: – С правом голоса на собрании акционеров.

«Право голоса? А значит, и право знать о делах банка изнутри? — нет, на это генерал согласиться не мог. – Эти волки нас просто съедят, едва мы пустим их к знанию наших внутренних дел!».

Он покачал головой:

- Господа, рад, что вы говорите начистоту, это нам сэкономит время, и я отвечу вам сразу: те люди, с которыми я собираюсь организовать дело, вряд ли согласятся пустить в него «Ринальди и Кальяри». Уж больно вы сильны.

И вот тут отец с сыном переглянулись, и отец кивнул Антонио: хорошо, говори ты.

Глава 6

И тот заговорил:

- Сейчас мы не представляем «Ринальди и Кальяри». Мы хотим получить пай как частные лица. И мы не желаем, чтобы в «Ринальди и Кальяри» знали о наших посторонних вложениях.

Признаться, Волков был этим заявлением удивлён.

«Не хотят, чтобы большой дом узнал об их посторонних вложениях? Теперь понятно, почему эта встреча происходит в таких условиях. Эти Кальяри не хотят, чтобы старшие партнёры банка узнали, что деньги из их круга уходят в иные компании».

Впрочем, возможно, отец с сыном ему врали и всё это было нужно для того, чтобы «Ринальди и Кальяри» мог проникнуть в организуемый им банк.

- Кое-что мне становится понятным, - произнёс барон. – Но, господа, вы должны понять, что в нашем предприятии честных паёв, как вы выразились, не будет.

- Вот как? – сказал старший из семейства.

- Да; например, я получу пай, не внося в дело своих денег, - объяснил Волков.

- Ах вот вы о чём! – понял Винсенто. – Но тут нет никаких противоречий, ваше имя само по себе – весомый актив. Но ведь остальные акционеры не имеют такой славы, как вы, и мы готовы были бы разделить с ними остальные паи на честные доли, зависимые от вложенного.

«Они реально хотят участвовать в деле. Остаётся только гадать, это только они, или за этими двумя скрывается весь великан «Ринальди и Кальяри».

В общем, генерал сомневался в надобности пускать этих людей в дело, хотя прекрасно понимал, что чем больше капитал банка, тем он крепче и прибыльнее. А пришедшие догадывались о его сомнениях, и тогда Винсенто Кальяри продолжил:

- «Ринальди и Кальяри» уже несколько лет присматривается к тем местам.

- К тем местам? - не понимает Волков.

- К верховьям Марты, - за старшего продолжил младший. – С тех пор как вы там обосновались, те места ожили и вдруг из пустыни превратились в бойкое торговое место. Лес, уголь, железо, товары из Нижних земель. Олово, наконец… - тут он заговорщицки усмехнулся. - «Ринальди и Кальяри» уже думали о том, чтобы открыть там банк и торговый дом.

- И что же их остановило?