— Хорошо, — довольно кивает отец.

И Максу уже кажется, что экзамен выдержан, а впереди у него только взлёт.

Но отец снимает с его плеча свою твёрдую ладонь, отчего Максу сразу становится не по себе, и неожиданно произносит:

 — С завтрашнего дня ты, Максимилиан, назначен возглавить корпус на западных островах. В дальней колонии требуется сильная рука, которая наведёт порядок.

Констанция мгновенно меняется в лице и раскрывает рот от удивления. Вот уж она не ожидала, что мужа, успешного героя-генерала, отправят на самые далёкие рубежи страны, в колонию к дикарям.

Макс удивлён не меньше молодой жены.

Сердце стучит зло и бешено. Но лицо он держит каменное, не позволяет себе выдать ни единой эмоции. Его гнев оседает глубоко внутри горячими углями.

Макс скользит взглядом по Аластору, выглядывающему из-за плеча отца. На лице брата торжество — он-то уж знал об этом назначении и теперь злорадствует.

Но отступать нельзя. Нельзя подать в отставку и сказать: хватит с меня воевать. Нет. Это вопрос чести и силы. Он офицер, который подчиняется главнокомандующему, а не истеричный мальчишка.

Он сделает это — докажет отцу снова, что достойный сын.

Западные острова — крупный архипелаг с ценными ресурсами — и Макс быстро находит в этом возможность для возвышения своего статуса. Он наведёт в регионе порядок, поможет населению и армии, поставит верных людей во главе. Людей, верных ему.

Вот так, часть за частью, уже полстраны знает и уважает генерала Максимилиана Райнхарта.

Быстрого, с наскока, занятия позиций в столице не вышло, но Макс готов к длительной борьбе. Он теперь женат на истинной, а Аластор нет, значит, — победа в итоге будет за Максом, только нужно выждать.

Быстро вернув себе боевой дух, Макс отдаёт честь отцу.

— Есть.

И буквально слышит, как Констанция стонет от досады, впиваясь ему ногтями в запястье.

Зверь пытается взять верх, хочет ещё её прикосновений к коже.

Но Макс устанавливает полный контроль над собой. Вечером Констанцию следует проучить, чтобы держала эмоции при себе. Но это после того, как зверь возьмёт своё.

— Элеонора, я хочу похитить вас на минутку, — говорит отец, протягивая ладонь леди. — Нужно обсудить кое-что к совету в понедельник.

— Рабочие вопросы не оставляют вас, мой лорд, даже на празднике сына, — произносит напряжённым голосом Элеонора.

— Что поделать, таковы издержки нашего положения, сами понимаете, — усмехается отец, чуть оттягивая уголок рта.

Макс редко видел улыбку отца. Почти никогда. Но вот, с Элеонорой, они с отцом дружили и много работали вместе в королевском совете. С ней отец вёл себя мягче.

— Понимаю, — кивает Элеонора.

И они с отцом отправляются в рабочее крыло дворца.

До конца вечера Макс больше не видит ни отца (но это понятно), ни леди Элеонору — а вот это кажется ему странным. Обычно она всегда рядом, всегда радует его разговором, шутками, подбадривает его. А сегодня: короткое сухое поздравление и потом — исчезновение. Может, сердится, что так и не познакомил его с бывшей женой, о которой писал?

Плевать. К демонам всё. Он — оверлорд, который заключил брак с истинной, укрепил свои позиции, взял недосягаемую для большинства высоту, главный приз!

Остаток вечера наполнен для Макса мучением: ненужными улыбками и любезностями.

А потом наступает время брачной ночи.

29

— Почему мы не остались в ТВОЁМ родовом дворце? — недовольно скулит Констанция, когда Макс вталкивает её в экипаж.

Она, как и он, приняла вдоволь газированных напитков, и теперь двигается развязно и неуклюже.

— Потому что у меня есть свой дом. Полезай, — жёстко приказывает Райнхарт.

— Я думала, что мы останемся ближе к твоему отцу! Ты же завтра обжалуешь у него своё назначение? После сегодняшней ночи покажешь ему метку истинности, скажешь что я беременна!

— Сначала забеременей, а там я сам решу,  — Райнхарт впивается в её губы, желая заткнуть.

— М-м-м, ладно… — выдыхает Констанция и закидывает ему руки на шею. — Ты такой сильный и притягательный, Макс…

Молодая жена отвечает на поцелуй. Но целуется неумело, почти не открывая рта, и оставляет много влаги.

— Подожди-подожди, я же так задохнусь! — верещит Констанция.

Макс шумно выдыхает и закатывает глаза: ох и нелегко будет ему этой ночью.

Дракон внутри трепещет и встаёт в стойку при любом приказе истинной. Она просит ждать — и он отстраняется. А ему, Максу, надо! Надо скорее закрепить союз и обрести метку истинной пары. Желательно к тому бы ещё сделать это без долгих прелюдий, сильно и качественно, он ведь давно уже не был с женщиной.

Поэтому без всяких проволочек, как только карета приезжает к дому, он несёт Констанцию на руках сразу в постель. Несколько минут целует её хорошо, умело, чтобы расслабить. Затем раздевает и начинает наступление.