Она берет в ладони метательные ножи и один за другим швыряет их в спину Джулиана. Подходит ближе, лицо твердое и настороженное. Она не станет использовать колья, пока не исчезнет риск случайно пригвоздить ими меня.

— Я должен попытаться, — говорит он, не обращая внимания на каждый удар ножей, вонзающихся ему в спину, хотя кровь брызжет мне на лицо. — Мы с тобой братья. Я думал убить ее, но теперь она может стать моей.

— Я вырву тебе сердце из груди.

Я извиваюсь, стараясь добраться до его грудины. Бесполезно. Он все это время играл со мной. Он ухмыляется, его клыки почти у моего лица, а затем с силой прижимает ладонь к моим ребрам. Хруст. А потом ослепляющая боль. Я отключаюсь, должно быть, всего на несколько секунд, а когда прихожу в себя, рука Джулиана обвивает талию Лии, а его клыки находятся в считаных миллиметрах от ее горла.

Глава 45

Глава 45

ЛИЯ

— Не двигайся, — говорит Джулиан.

Я чувствую исходящее от него безумие. Инстинкты истребительницы гудят, предупреждая об опасности. Его кровь пропитывает мне спину — из раны, которую я нанесла ему кинжалом, вонзив его в живот. Его это почти не беспокоит. Со сжатыми руками остается только магия или смерть.

Его ладонь болезненно сжимает мои запястья. Он заставляет меня выгнуть спину и запрокинуть шею, подставляя горло.

Марк медленно поднимается на ноги. Он в пяти футах19 от нас, весь в крови. Тяжело опирается на меч. Левая рука безвольно висит у плеча. У меня сжимается сердце.

Его взгляд мечется между нами. Он нерешительно делает шаг вперед, и клыки Джулиана скользят по моему горлу.

— Еще один шаг, брат, и я убью ее.

— Он все равно меня убьет, — цежу я сквозь зубы.

Я медленно вытягиваю из колодца внутри себя тонкую нить магии. Медленно, мучительно медленно, даже несмотря на то, что кровь Марка поет у меня в венах. Я резко поворачиваю голову влево, пытаясь вырваться из его хватки.

— Сильная, — мурлычет он. — Неудивительно, что мой брат так тобой увлечен, — говорит он почти буднично, и я рада, что он продолжает болтать, пока я хватаюсь за всполохи магии и один за другим прячу их внутри себя. — Почему ты не обратил ее, брат?

Взгляд Марка медленно скользит по моему лицу. Я посылаю по связи образы пульсирующей, растущей магии. Он едва заметно кивает окровавленным подбородком. Я чувствую его агонию по связи. Ему почти не под силу даже стоять. Грудная клетка зияет. Я отворачиваюсь, прежде чем меня вырвет.

— Она любит солнечный свет, — просто говорит он, кашляет, и кровь брызжет из носа. — Она любит утренний кофе. И выпечку. Я никогда не отниму у нее это. — Он кренится в сторону, и меч погружается в газон.

Джулиан издает задумчивый звук.

— Как сентиментально. — Звучит так, что, похоже, он не понимает этого чувства.

Теперь магия внутри меня превратилась в лужу, но она быстро наполняется. Она тянет меня за собой, и я не уверена, что успею собрать достаточно, прежде чем она вырвется наружу. Хватка Джулиана оставляет на коже болезненные следы.

— Интересно, брат, любила бы она тебя по-прежнему, если бы узнала правду.

Даже сквозь пелену боли я вижу, как напрягается Марк. На его лице появляется неприкрытая тоска. Он делает еще шаг, и Джулиан снова проводит клыком по моему горлу.

Моя магия вспыхивает в ответ. Я приветствую эту вспышку. Все что угодно, лишь бы ускорить дело.

— Возьми меня вместо нее, — с трудом выговаривает Марк. — Моя жизнь за ее.

Джулиан усмехается.

— О, брат. Как благородно. Последняя попытка искупить вину, да?

Его нос касается моих волос, и я вздрагиваю.

Теперь магии уже целое озеро, а мое тело дрожит от усилий удержать ее внутри. Кинжалов больше нет, мне на чем сосредоточиться. Мне нечем его ударить. Остается магия или смерть.

— Искупить вину? — спрашиваю я, чтобы заставить его продолжать болтать.

— Ну конечно, истребительница. Ты не знала? Возможно, твоих родителей убил я, но Марк был рядом и убирал за мной.

— Убирал?

В груди словно образуется пустота. Я смотрю прямо на Марка. Он выглядит потрясенным, но не удивленным. Он знал. Или, по крайней мере, подозревал.

— Лия, — умоляет он.

Я не понимаю, чего он просит. Чтобы я ему поверила? Или чтобы я положила этому конец? Я закрываю глаза, лишь бы его не видеть.

— Кровь. Он помог мне замести следы преступления, не позволил истребительницам добраться до меня. Заботливо с его стороны, не находишь? Мой старший брат всегда был таким хорошим, таким ответственным. Таким восхитительно виноватым, — рычит Джулиан.

Весь мой мир оказывается окутан болью. Магия вращается внутри меня, но я едва ее ощущаю за грохотом в ушах, за образами, которые безумно пляшут перед глазами. Неужели я не замечала правды? Неужели должна была догадаться? Неужели сделка Марка была продиктована чувством вины?

Может, я ему вообще никогда не была нужна.