Я выпрямляюсь и сажусь на него верхом, поставив колени на твердую деревянную ступеньку, а ладони положив ему на крепкую грудь.

Он ухмыляется — слегка криво, едва заметно, словно больше улыбка живет в его глазах, чем на губах. Теперь они черные. Тьма его любит. Лицо резко очерчено тенями. В таком виде он дьявольски красив, а над пухлой губой выглядывает кончик клыка.

— Какой же ты красавчик, вампир.

Его улыбка становится шире, и он склоняет голову набок.

— Наслаждайся, маленькая пара.

Я провожу пальцами по сухожилиям у края его плеча, там, где оно переходит в мощную шею. Он вздрагивает подо мной, а его взгляд вспыхивает серебром, затем снова становится черным и опять серебряным.

— Я не хочу, чтобы это заканчивалось.

Слова вырываются сами, и я морщусь. Я не хотела делать все еще печальнее, более неловко или хуже, чем оно уже есть.

— Это не конец, Лия. Марк обхватывает ладонями мое лицо. Его взгляд прикован к моему. — Я обещаю. Между нами всегда будет связь, пусть даже разорванная.

В груди становится тяжело.

— Мы все еще сможем видеться после этого? Издалека, может быть? — Глупо даже спрашивать, но я должна. Я не могу его отпустить.

Он склоняет голову, его взгляд скользит по моему лицу. Когда он стал мне так дорог? Наверное, где-то между тем, как он наказал мою школьную обидчицу, и тем, как пил со мной кофе.

Его большой палец нежно скользит по моей скуле.

— Разорванная связь означает, что мы больше не сможем видеться.

В его формулировке есть что-то такое, отчего я щурюсь. Что-то, от чего он пытается меня защитить. Зная его, я уверена в этом.

— Насколько больно будет, когда она разорвется? Я знаю, ты разорвал связь с Джулианом…

— Это не будет больно, маленькая пара. — На его лице появляется едва заметная улыбка. — А теперь укуси меня. Не дай мне умереть сегодня ночью, не сделав для тебя этого.

Внутри меня разверзается пустота.

— У меня нет зубов, вампир.

Он вытаскивает кинжал из ремня у меня на талии. Сегодня, благодаря коробке, я вооружена так, как не могла и мечтать.

— Позволь мне, — хрипло говорит он.

Он приставляет кинжал к сонной артерии и делает надрез. Кровь медленно сочится из раны. Он прижимает мое лицо к своей шее, и я облизываю ее, а затем втягиваю в себя богатую железом жидкость. Она прохладная и солоноватая. Сила ударяет мне в грудь, от нее кружится голова. Получается. Магия бурлит под кожей, растягивая меня, пока кожа не начинает казаться слишком тесной. Марк дрожит подо мной.

— Я чувствую тебя, — говорит он. — И связь. И кое-что еще. — Во мне вспыхивает страх: вдруг он сейчас закрепит ее? Но он лишь обхватывает ладонью мой затылок и прижимается щекой к моим волосам. — Лия, — хрипло продолжает он. — Ты настоящий подарок. Возможно, судьба отдала меня тебе, но знай: если бы нам были дарованы даже восемьдесят лет вместе, каждую ночь я старался бы заслужить твое счастье.

Сердце словно пытается вырваться из груди. Это прощание.

— Как трогательно, — раздается холодный голос. — Похоже, я как раз вовремя подоспел к празднику.

Джулиан.

Глава 44

Глава 44



МАРК

Я отталкиваю Лию за спину и поворачиваюсь к брату. Слишком близко. Он, мать его, слишком близко. Связь вспыхивает, предупреждая об опасности, и я рычу на Джулиана, который стоит по ту сторону защитных чар, лениво прислонившись к стене.

— Истребительница, — говорит он лишь для того, чтобы меня позлить, как и положено братьям.

Его взгляд прикован к моей паре, и из моей груди вырывается глухое рычание.

— Брат, — произносит он с ухмылкой.

Его глаза полностью черные — такими они остаются уже два столетия. Столько же я не видел его без полностью выпущенных клыков. Его поглотило безумие. Теперь я знаю, что не стоит желать иного. Для него ничего никогда не изменится.

Он отлипает от стены, его движения текучи, суставы словно лишены костей. Лия напрягается.

— Тебе не обязательно его убивать, Марк. — Ее голос тихий и отчаянный, но я знаю, что он ее слышит.

Моя мягкая пара.

— Обязательно.

— Он твоя семья. Я знаю, каково это — терять родных. — В ее глазах грусть, даже когда она вытаскивает из ножен серебряный кинжал. — Если он перестанет убивать, я смогу найти способ… простить его.

Последние слова звучат хрипло от эмоций, и мне хочется притянуть ее к себе и показать, какая она особенная.

— Как мило, — вмешивается Джулиан, прежде чем я успеваю ответить. — Нет, истребительница. Ему придется меня убить, потому что я здесь главный злодей, а он — хороший парень. — Последние слова он произносит издевательски. — Или ты настолько хорош, что не сможешь, брат?

Я снимаю мечи со спины. Обычно я сражался бы клыками и грубой силой, но удивленно распахнувшиеся глаза брата говорят мне, что я сделал правильный выбор.

Я отхожу от Лии и взмахиваю обоими мечами, разминая запястья и расслабляя плечи.

— Мне следовало убить тебя много лет назад.

Джулиан рычит, обнажая зубы.