— Захария, — перебила она. — Гребаный Захария Зареф, буквальный глава самой могущественной семьи в Эдеме. У мужчины, наверное, полно наркоты на продажу…

— Захария не торгует наркотой, — отрезала я.

— …людей, которых нужно убить, — продолжила она.

С этим я спорить не стала.

— Но стоит тебе потерять ключи, как он уже здесь, вышибает ради тебя двери?

— Это была всего одна дверь, — сказала я, и дело было далеко не только в потерянных ключах, но вслух я этого не произнесла. — И да, потому что он заключил с моим отцом сделку: присматривать за мной.

А Захария подчиняется, потому что любит иметь рычаги давления. Я не собиралась строить на этот счет иллюзий.

— Я видела, как он на тебя смотрит, Лилит, — стояла на своем Коко.

— Он на меня смотрит, потому что присматривает. Наверное, он проверяет, не сопру ли я что-нибудь.

Коко покачала головой.

— Нет, Лили. Этот мужчина хочет тебя трахнуть.

Я едва не рассмеялась.

— Коко, я знаю, когда мужчины хотят меня трахнуть. Знаешь, что исходит от Захария девяносто девять процентов времени? Раздражение.

— Это не значит, что в оставшийся один процент ты его не заводишь, — парировала она. — Признайся. Ты же думала о том, чтобы переспать с ним.

— Все думали о том, чтобы с ним переспать, — увильнула я.

— А ты разве нет?

— Да конечно думала! — раздраженно бросила я.

Мое лицо вспыхнуло. Было такое чувство, будто я призналась в какой-то глубокой, мрачной тайне, но на самом деле мне просто не нравилось признавать вслух, что я хочу Захарию. Я сделала вдох и покачала головой.

— В смысле, ты только посмотри на него. Он же, блядь, невероятно горяч. Ты наверняка тоже думала о том, чтобы с ним потрахаться.

— Он не в моем вкусе… ну, знаешь, он же все-таки мужчина, и все такое.

Я рассмеялась, увидев, как ее нос сморщился от легкого отвращения, что немного сняло напряжение, возникшее вокруг этого разговора.

Коко вздохнула.

— Я не пытаюсь тебя разозлить. Мне просто было любопытно.

— Я не злюсь, — ответила я. — Поверь мне, я пыталась вывести Захарию на эмоции. Мне нравится трахать ему мозги. Но он никогда не ведется.

Честно говоря, я не знала, что буду делать, если он когда-нибудь поведется. Мы так давно знали друг друга… остались бы мы друзьями или это разрушило бы нас? Наверное, я не хотела этого выяснять.

— Однажды поведется, — сказала она. — Когда ты сама этого захочешь.

Я нахмурилась.

Когда я сама этого захочу?

Я хотела спросить, что она имела в виду, но решила не давать ей повода продолжать разговор. Коко, видимо, поняла намек, потому что переключила внимание на телевизор.

— Что смотришь? — спросила она.

Я проследила за ее взглядом. По телеку шла какая-то детская передача, но все персонажи были странными ручными куклами. Я уже собиралась ответить, что понятия не имею, но нас прервал стук в дверь. Мы переглянулись, прежде чем она спрыгнула с дивана.

— Легок на помине, — произнесла она, заглянув в глазок перед тем, как открыть дверь.

Внезапно мое сердце бешено заколотилось, и я не понимала почему. Захария приходил к нам миллион раз, и у меня никогда не было такой реакции.

«Это из-за прошлой ночи», — сказала я себе. — «Прошлой ночью произошло много всего.»

— Доброе утро, мистер Зареф, — поздоровалась Коко.

— Доброе утро, мисс Д’Арси, — ответил Захария, его глаза встретились с моими, как только он появился в поле зрения.

Интересно, сколько ему удалось поспать. Он все еще выглядел уставшим, но явно только что из душа.

— Доброе утро, — произнес он.

— Привет, — ответила я, хотя голос прозвучал тихо и с придыханием. В этом я винила Коко, потому что теперь не могла смотреть на Захарию, не думая о сексе.

Это было новое дно.

Мне срочно нужно было потрахаться.

Я взглянула на Коко и заметила, как она плотно сжала губы, чтобы не улыбнуться.

— Я, пожалуй… э-э… пойду в ванную, — пробормотала она.

Мне захотелось закатить глаза, но я не стала этого делать, заметив, что внимание Захарии переключилось на мои колени, где все еще спала Херувим. Прежде чем он успел спросить о ней, я заговорила первой.

— Что ты здесь делаешь?

— Принес тебе пистолет, — сказал он, поднимая черный футляр. Я не замечала его раньше. Он почти сливался с его длинным пальто. — А еще принес телефон.

Он достал гаджет из кармана и протянул мне. Телефон был новеньким, блестящим, и от этого мне стало не по себе.

— А что с моим старым? — спросила я.

— Заблокирован, — ответил он.

Мне стало немного легче, но какая-то часть моего мозга задавалась вопросом, не слишком ли поздно.