Джей делает это, потому что Митт, возможно, всё ещё учится говорить на языке китов и, как это часто бывало, испытывает трудности с техникой. Джей протягивает руку и ощущает пластик. В этой непристойной фантазии о плоти он кажется твёрдым и знакомым, и Джей прижимает его к лицу.

В конце концов, он всё-таки принёс с собой кое-что.

1745 PSI

Джей представляет себе: его левая ласта ударяет о высокий нос кашалота, отламывается пополам и падает в пустоту. Но правая ласта осталась на месте, пока он не сбросил её ногой, чтобы облегчить проход во вторую камеру. Вот она, прямо там, где он её оставил. На ощупь она почти как живая — это самое близкое, чего удалось достичь науке в создании искусственной плоти. Пластик EVA одновременно жёсткий и гибкий.

Как и сам желудок.

Джей вклинивает пятку ласты в желудок рядом со своей головой. Он откидывает плавник вверх. Он слишком длинный, чтобы стоять вертикально, но в этом-то и дело: Джей наклоняет плавник на шестьдесят градусов, чтобы заклинить его на месте. Дело нелегкое, учитывая, что клюв кальмара прилип к его правой ладони, но ему удаётся это сделать. Желудок недовольно вздымается и сжимается. Но плавник действует как опора палатки, и мощные, сжимающие мышцы проявляют менее половины своей прежней силы.

Победа пронизывает тело Джея электрическим током.

- Ха! Ха!

Он падает. Диафрагма дрожит. Ребра звенят. Регулятор шипит.

- Получай! Получай, кит!

Шипение.

Победа Джея угасает.

Это звук его прерывистого дыхания. Он никогда не вдыхал столько воздуха так быстро.

Какое давление в баллоне?

Сколько воздуха у него осталось?

Джей проводит рукой по боку, пока не находит шланг, ведущий к приборной панели. Он зажат под его тазом, и вытаскивать его — все равно что дергать за собственные кишки. Панель цепляется за его живот: и за живот в гидрокостюме, и за живот кита. Твёрдый пластик оставляет синяки на его груди и шее.

Она высвобождается — приятный сюрприз. Циферблаты обоих приборов светятся в темноте лимонно-желтым светом. Компас показывает, что он плывет на север. Работает ли компас внутри кита? Глубиномер показывает 100 футов, но вопрос тот же. А вот манометр… нет причин, по которым он не должен быть точным. Джей прижимает его плоско к маске.

1720 PSI

1720 psi. Это плохо.

Джей находится внутри кита уже двадцать минут, максимум двадцать пять, а до этого ещё двадцать минут — в океане. Митт научил его формулам расчёта скорости потребления воздуха — это более сложные вычисления, чем всё, чему учили в школе. Коэффициент SAC, коэффициент RMV, коэффициент пересчёта баллона, коэффициент глубины — умножь то, раздели это, и в результате получишь, на сколько хватит воздуха. Однако гораздо надежнее всего этого — внутренний журнал Джея с записями о прошлых погружениях у Монастырского пляжа. Он использует свой баллон уже около сорока минут. Показания его манометра не должны быть такими низкими.

Он пожирает воздух.

Джей представляет себе баллон «Фабер» на своей спине: серебристый, с отколами, испещрённый вмятинами, но прочный. Дайвинг-центр «Элкхорн» наполнил его до 3000 psi. Ему должно хватить на девяносто минут, без проблем. Тот факт, что он худощав, может дать ему ещё пять или десять минут. Он не уверен, он никогда не был настолько глуп, чтобы испытывать судьбу. Когда давление в баллоне дайвера достигает 500 psi, дайвер выныривает. Правила, которых придерживался даже Митт.

Иголки страха впиваются Джею в яремную вену. Все эти цифры — ерунда, если он будет так же жадно глотать воздух. Через полчаса баллон начнёт выдыхать пыль. Ему нужно замедлить дыхание. Сильно замедлить. Ему нужно подумать обо всём

(Обо всём, что тебе нужно)

, что может ему помочь.

(Что ты взял с собой)

Но как? Как, когда он так потрясён? Когда он — всего лишь одно маленькое сердце перед скальпелем природы.

Неважно, сколько погружений Джей совершил. Его инстинкт подсказывает задержать дыхание как можно дольше, сэкономить немного воздуха, которым он сможет насладиться позже. Но первое правило первого курса сертификации, который он прошел, гласило: - Не задерживай дыхание. - Допустим, ты ныряешь, сказал инструктор, допустим, на глубине пятидесяти футов, в отличной форме, но ты не знаешь, что над тобой проходит большая волна, и на самом деле ты находишься на глубине шестидесяти футов, и именно в этот момент ты решаешь задержать дыхание, и бум — через секунду волна проходит, и ты снова на глубине пятидесяти. Изменение на десять футов, причём настолько быстрое, — это игра с огнём, грозящая смертельными осложнениями.

Газовая эмболия. Декомпрессионная болезнь. Судороги, инфаркт, тромбы.

Остальные начинающие дайверы были старше Джея, но ему было интересно, думают ли они о том же, о чём думал он. Насколько они уязвимы в океане, несмотря на техническое снаряжение, пристегнутое к их телам. Возможно, люди и произошли от первозданных вод, но они сделали свой выбор в пользу суши.

1693 PSI