Она подняла на меня взгляд, все еще держа голову на изгибе моей шеи. Глаза у нее горели от чувств, и она выпустила свою боль наружу, позволив ей смешаться с моей. Я заправил волосы ей за ухо и утонул в ее горе, так похожем на мое.

— Для этого ты здесь? Хочешь попытаться вернуть их к жизни? — спросила Фэррис сквозь ком в горле.

— Нет, — честно, хоть и мрачно ответил я.

— Тогда для чего?

— Спокойной ночи, светлокрылая, — с нажимом сказал я, и она отстранилась, зажмурившись и плотно сжав губы.

— Спокойной ночи, Хендрикс.

Она отвернулась, но осталась лежать у меня в руках, не зная, что засыпает в объятиях не просто убийцы, а самого страшного чудовища на всем Ратиане.

***

— Надо валить из этой дыры, — прорычал я, сложив руки на груди. Фэррис ходила туда-сюда возле лесного болота, где, если верить дневнику, обитал Вепрь. — Его здесь нет.

Надув губы, Фэррис во вздохом повернулась ко мне.

— Этого мы не знаем.

— Мы теряем время. Мы целыми днями тут все обыскивали и не нашли ни его лежбища, ни даже шерсти. Скорее всего, его уже поймали.

Горло у Фэррис дрогнуло, и она перевела взгляд на деревья, будто если будет смотреть достаточно сильно, то сможет увидеть духа. Подойдя, я взял ее за руку, и она посмотрела на меня. Между нами тут же заискрило напряжение.

— Фэррис, — тихо, но твердо сказал я. — Мы больше не можем терять время.

Она обреченно вздохнула.

— Ладно. Куда пойдем дальше? — сняв с плеча сумку, она вытащила дневник и принялась его листать.

Я позволил решать ей, зная, что скорее всего она уже придумала три разных варианта, выписала их, проанализировала вероятности, предполагаемые действия и прочее безумие. Мое мнение уж точно не могло бы заставить ее сделать иной выбор. Не говоря уже о том, что я понял, что идти против ее решений попросту глупо. Моя милая маленькая смертная понимала лес и чувствовала его так, как я и надеяться не смел.

Я отошел к ручью неподалеку, чтобы набрать воды и попить. Но стоило мне присесть, как звук шагов и треск веток заставили меня вскинуть голову.

Прислушавшись, я различил, что двигаются пятеро, причем быстро, бегом.

Резко вскочив, я метнулся к Фэррис и схватил ее, зажав ей рот ладонью как раз в тот момент, когда она собиралась вскрикнуть от испуга. Потом я бросился в густые заросли кустарника, между двух папоротников, и лег на землю, прикрыв Фэррис собой. Теперь мы были скрыты в плотной листве, и я мог оценить надвигающуюся угрозу.

Убрав ладонь со рта Фэррис, я приложил палец к своим губам. Теперь мы лежали рядом, и она с серьезным видом кивнула, пытаясь что-то разглядеть из-за зарослей.

На прогалину выбежали два вспотевших человека. Мужчина зажимал зияющую рану на руке, а у женщины из плеча торчала стрела.

У женщины было изможденное лицо и покрытое сухими мускулами тело, тогда как мужчина казался сильным. Его темные брови странно не сочетались со светлыми волосами.

Эти двое перебежали через ручей, и девушка закричала, когда в воздухе просвистела еще одна стрела и попала ей в спину. Она тяжело упала на землю, и Фэррис рядом со мной пошевелилась, как будто собралась сделать что-то безрассудное, чтобы им помочь. Я положил руку ей на плечо и строго посмотрел в глаза, безоговорочно давая понять, что я этого не позволю.

— Я их знаю. Эта Эстер и Брайан. Они попали в лес вместе со мной, — прошипела она, сбрасывая мою руку и неловко вставая.

Я тут же поймал ее за талию, дернул вниз и придавил своим телом. Выругавшись, Фэррис попыталась ударить меня коленом между ног, и мне удалось остановить ее, лишь еще сильнее прижав к земле и закрыв рот ладонью.

Я поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как мужчина пытается помочь женщина встать. Но он замер, когда следом из леса выбежали трое фэйцев. Стоило мне разглядеть их главаря, как все мышцы в моем теле окаменели, а кровь вспыхнула от чистой ненависти.

Айласис Беллаторн был одет в темно-синий плащ. Волосы у него на макушке были гладко зачесаны, а резкие черты лица казались как всегда одновременно и жестокими, и красивыми. В руках у него не было оружия, в отличие от двух его сопровождающих. У фэец держал поднятый лук, а фэйка — обоюдоострый топор.

Я знал их обоих. Кудрявого, черноволосого Бенсона Роука и Джедину Кейлхайв с глазами цвета аквамарина и коротко остриженными белыми волосами. То были двое любимчиков Айласиса, всегда готовых на самую грязную работу. Именно они тащили меня во внутренний двор утром перед казнью моих родных, они же их пытали. И каким-то образом им удалось не пострадать в бойне, что я тогда устроил.

Фэррис брыкалась подо мной, пока я чувствовал горечь на языке и погружался в жажду отомстить. Мне так сильно хотелось увидеть эту троицу мертвыми, что я будто весь горел изнутри.