За последние дни я бесконечное количество раз пыталась дотянуться до духа, сжимая висящий на груди амулет. Я умоляла его со мной поговорить, дать какой-то совет по Призыву или о том, на чем нам нужно сосредоточиться прямо сейчас, но до этого момента он совершенно меня игнорировал.

Я больше не рисковала выпускать его на свободу, и даже Хендрикс согласился с тем, что лучше этого не делать, пока мы не найдем более надежное место для ночлега.

— Что это значит? — выдохнула я.

— Я что, неясно выразился? — фыркнул Хендрикс. — Если бы все были так же отвратительны в искусстве Призы…

— Ш-ш-ш, — я подалась вперед, вставая на колени, и зажала ладонью рот Хендрикса, чтобы он заткнулся.

Дракон засмеялся в глубине моего разума.

— «Может, тебе вышвырнуть его в темноту и проверить, понравится ли он деревьям на вкус?»

— Я бы с радостью, вот только не дотащу его тяжеленную тушу до двери.

— «Ты всегда можешь попросить меня помочь.»

Смешок сорвался с моих губ как раз в тот момент, когда Хендрикс с рычанием сбросил мою ладонь со своего рта.

— Ты с ума сошла, светлокрылая? — спросил он.

— Я не с тобой разговаривала.

— Что, тебе интереснее с воображаемыми друзьями, чем со мной? — фыркнул Хендрикс.

— Если хочешь знать, я говорила со своим Драконом.

— С Драконом? — он окинул меня бесстрастным взглядом, не потрудившись скрыть скептицизма.

— Медведь и Лисица все еще не общаются с тобой? — спросила я.

— Конечно нет. Они же животные.

— Они духи, — поправила я. — Так почему должно удивлять то, что они могут говорить?

Хендрикс снова раздраженно фыркнул.

— Как бы там ни было, я не разговариваю с пойманными мною духами, и если ты действительно хочешь обрести контроль над чудовищем, то может, и тебе не стоит тратить время на дурацкую болтовню с ним. Завтра мы найдем открытое место, и ты снова начнешь тренироваться в Призыве.

— Думаешь, это разумно? — усомнилась я, не в силах так уж легко прогнать воспоминания о том, как Дракон разрушил замок.

— Я думаю, это необходимо, — отозвался Хендрикс. — Точно так же, как поспать, — он показал на место рядом с ним, и я постаралась не показать, насколько меня тревожит необходимость вновь лежать в его объятиях. Сдавшись, я подчинилась.

Хендрикс все время смотрел на меня, но я сосредоточилась на том, чтобы устроиться поудобнее и избегала его взгляда.

Только я улеглась на бок на правой стороне спального мешка, как Хендрик тут же опустился рядом, обнял меня мускулистой рукой и притянул к своему твердому телу.

Я замерла.

Он делал так каждую ночь. Прижимал меня к себе так близко, что мы начинали дышать в унисон, подкладывал руку под мою голову, а свою клал всего на расстоянии вдоха от моей шеи. От каждого его выдоха у меня по коже пробегали мурашки.

Но в этот раз его рука не лежала расслабленно поперек моего тела. В этот раз он скользнул пальцами по моей коже возле ремня.

Сглотнув, я слегка пошевелилась и заслужила в ответ тихое рычание.

— Я же просил тебя не дергаться, — сказал Хендрикс.

Непокорная, безумная, совершенно чужая часть моей души жаждала проверить, осуществит ли он угрозу.

Что сделает фэйский воин со смертной девушкой, рискнувшей потереться об него? Что он будет делать, если она выгнет спину и запрокинет голову так, что его губы окажутся у нее на шее? Неужели так и будет просто дразнить ее?

Его восхитительно-грубые пальцы снова погладили мой живот над ремнем.

Я и правда его ненавидела. Даже сильнее от того, как близко он был, как предательски реагировала моя плоть. Сначала мне показалось, что он играет со мной, но спустя мгновение я подумала, что он скорее издевается сам над собой, удерживая тело под контролем, стараясь сдержаться.

Каково это будет, когда он позволит себе полностью раскрыться?

— Хендрикс… — начала я, неуверенная в том, какой именно вопрос хочу задать, но отчаянно желая его озвучить.

— Фэррис, — отозвался он. Мое имя прозвучало одновременно и жестким требованием, и хриплой мольбой.

Я досчитала до десяти и обратно, чтобы отговорить себя от этого безумия. Но когда я наконец дошла до нуля, то накрыла его ладонь своей и обернулась, чтобы посмотреть ему в глаза.

Он пожирал меня голодными глазами. Зрачки у него были расширены, темные волосы отбрасывали тени на лицо в приглушенном свете огня Лисицы.

Я прижала его пальцы к коже своего живота, не давая им скользить вдоль линии ремня.

Он выгнул бровь и напрягся, будто сейчас уберет руку, но я чуть сильнее сжала его ладонь и наоборот потянула ее ниже. Наши пальцы проникли под край моих штанов, и пока они опускались ниже, к краю белья, я не отрывала взгляда от ярко-зеленых глаз Хендрикса.

— Я бы так легко мог тебя сломать, — выдохнул он.

Я не поняла, было это угрозой или обещанием, но смотрела лишь на его губы, произносящие слова.