До его прихода я считала самым страшным услышать признание, а теперь понимаю, что ждала хотя бы неловкости в словах, понимания, что мне придется с этим жить. Но раскаяния в этом мужчине нет ни на грош. Он говорит о том, что было пару лет назад, а я пытаюсь вспомнить, что тогда происходило у нас дома, и тут же останавливаю себя. Если начну сейчас перебирать дни, то ничего больше не смогу у него спросить.

– А что с результатом этой интрижки? Или ты дал ей денег на аборт?

Архип морщится.

– Нет, она родила. Я узнал о детях только недавно, когда она сунула мне это чертово УЗИ.

Сердце долбится все сильнее, и я боюсь, что оно сейчас разорвет мне грудь.

– Вот оно что... – хриплю. – И что ты планируешь делать с этой интрижкой, её результатами?

– Ничего, потому что не факт, что дети мои, – пожимает плечами.

Для меня его слова ничего не меняют. Он был с другой женщиной, она родила и принесла ему снимок, а он нашел во всём этом обстоятельство, которое позволяет ничего не делать.

– Ты поэтому убрал бумагу под козырёк? – сцепляю руки на коленях, чтобы не тряслись так сильно.

– А куда мне её надо было деть? – вскидывает он брови.

– Я не про место в машине тебя спрашиваю, Архип!

– Тогда о чём?

– Ты получил этот снимок, понял, что она родила, и решил, что дальше можно жить как раньше? – смотрю в его яркие синие глаза.

– Мне неизвестно, мои ли это дети.

– Но про женщину-то тебе известно.

Он сжимает губы, и теперь я наконец вижу знакомое недовольство. Я среагировала не так, как ему хотелось бы, какая досада…

Архипу не нужно ничего вспоминать. Он уже знал об этой женщине, когда возвращался домой, разговаривал со мной, ложился рядом. Для него всё случилось давно, а я узнаю об этом только сегодня и должна… что? Какой реакции он от меня ждет?

– И как давно ты собирался мне об этом сказать?

Мужчина смотрит на меня безо всяких эмоций:

– А зачем тебе об этом знать? Ну, было и было. Наша семья от этого никоим образом не должна страдать.

Смотрю в ответ, стараясь понять, где в этой семье теперь нахожусь я. Наверное, там, где должна согласиться, что незнание пошло бы мне на пользу.

– Ты сейчас серьёзно, Архип?

Он продолжает молча смотреть, мол, разве неясно?

– Серьезно? – повышаю голос.

– Зачем тебе лишние переживания? – отзывается он.

– Ты обо мне так заботился?

Архип выдыхает через нос и смотрит в сторону. Ему не нравится моя интонация, и я замечаю это прежде, чем успеваю подумать, что мне самой не нравится почти каждое его слово.

– Я не собирался приносить это домой, Мила.

– А принёс. Только я нашла не там, где ты хотел бы.

Он снова поворачивается ко мне.

– Может, чуть убавишь тон?

У меня даже получается коротко засмеяться. Сижу перед ним, изо всех сил стараясь не расплакаться, подбираю слова, а ему мешает то, как я с ним общаюсь.

– А как тебе удобнее? Чтобы я поблагодарила за откровенность?

– Чтобы ты услышала, что я говорю, – цедит низко. – Я дома, с тобой, заметь, а не с ней…

Он произносит это почти укоризненно, предлагая, видимо, считать достаточным доказательством своей порядочности. Он ведь вернулся, сел со мной за один стол. Неужели мне ещё чего-то не хватает для пущего счастья?

– И ты думаешь, я просто проглочу это и смирюсь?

Архип вдруг наклоняется ко мне через стол и смотрит почти с улыбкой:

– А что тебе еще остаётся делать? Что ты уйдешь от меня, что ли? – усмехается так весело, что я несколько секунд ошарашенно молчу.

– Серьёзно?

Муж чуть разводит руками. Ему и правда смешно, и от этого хочется отодвинуться, увеличить расстояние между нами, но за моей спиной стена, а стул уже стоит почти вплотную к ней.

Мы сидим в нашей красивой, богато обставленной квартире, которую я всегда считала своим домом. За его плечом видна гостиная. Всё здесь выбиралось, расставлялось, приживалось годами, а сейчас я не понимаю даже, куда мне деть глаза.

От того, что я отвернусь, он не перестанет так улыбаться.

У меня есть работа. Я умею считать деньги, сдавать заказы вовремя, договариваться, заботиться о дочери. Почему же ему настолько смешна даже мысль о том, что я могу уйти? Или он все это знает и считает настолько незначительным, что можно не принимать в расчет? Я ещё ничего не решила, никуда не собралась. Всего лишь спросила, почему должна смириться.

А он уже веселится, уверенный, что дальше вопросов дело не пойдёт.

– А что тебя так смешит, Архип?

– И кто ты будешь без меня, Мила? – уже в открытую смеется муж. – Кто? Ребенка я заберу, на алименты подам, и что ты будешь делать, а? В эскорт пойдешь? Так ты для этого немного недотягиваешь. Так что подумай хорошо, что для тебя будет лучше, дорогая. Подумай, если есть чем. Хотя… – он недобро щурит глаза, – если бы у тебя было чем, ты про это сраное УЗИ даже не заикнулась бы…

3 глава