Над нами темное небо усыпано яркими звездами. Они мерцают, не колеблясь. Луна медленно поднимается на востоке — огромный оранжевый шар в пятнах. Она прекрасна.

А Кэл не сидит рядом, не смотрит на нее со мной.

Кэл не здесь.

— Внутрь, — говорит он, и голос у него срывается, будто эта красота напоминает ему о его черном сердце.

Я нехотя иду к входной двери. Она распахнута. Переступаю порог — и у меня перехватывает дыхание. Внутри все разгромлено.

Что за черт?

Мебель перевернута, книги валяются по полу. Будто здесь что-то искали. Или кто-то сорвался с цепи.

— Что случилось? — выдыхаю я.

— Иди на лестницу, — цедит Т.

Он толкает меня вверх по винтовой лестнице, и я поднимаюсь ступень за ступенью. На первом этаже ожидаю увидеть нашу комнату в таком же состоянии, как гостиную. Но она цела.

— Скоро ты снова будешь в своей постели, моя драгоценная девочка, — шепчет Т, и горячее дыхание касается моей шеи. Я морщусь и дергаюсь вперед в его хватке.

— Только не с тобой, — шиплю я.

Его пальцы сжимаются сильнее.

— Ты моя, Бабочка. Я ждал достаточно. Был более чем терпелив. Ты дашь мне то, что я хочу.

Мы поднимаемся выше, к фонарной комнате. Я смотрю на ступени, пытаясь сдержать поднимающуюся панику. Когда он тянется мимо меня и распахивает дверь, я замираю на месте.

Грубые руки толкают в спину, и я, пошатываясь, вваливаюсь в когда-то безупречную фонарную комнату.

Теперь стеклянные стены до половины заколочены досками, и луч скользит только поверх них. Гораздо выше моей головы. Лампа слепяще вращается, и я поднимаю руки, закрывая лицо.

— Я думал разбить этого старого гиганта. Уничтожить последнюю частицу его в этом месте, — Т бросает взгляд на свет, прежде чем луч снова проходит мимо.

Резко оборачиваюсь, и ужас, наверное, написан у меня на лице.

Дверь захлопывается. С той стороны что-то звякает, будто щелкнул замок.

Потом еще один.

Я бью кулаками в деревянную дверь и медленно оседаю на колени. Вой, который вырывается из меня, уносит ветер и развеивает его над Атлантикой.

2

Кэллам

Би-и-ип.

Би-и-ип.

Бип.

Бип.

Бип.

Свет режет сквозь щель приоткрытого века. Слепит. Я поднимаю руку, чтобы прикрыться, но что-то цепляется, и по тыльной стороне правой ладони проходит боль. Жесткая поверхность подо мной шуршит.

Я…

Что-то накрывает ноги и грудь, удерживая меня на месте.

Я в ловушке?

Заставляю себя открыть глаза, и белая пустота заливает зрение. Я зажмуриваюсь. Снова открываю глаза и различаю светло-серую штору на окне, белый потолок в рельефных пятнах.

Бип.

Поворачиваю голову на звук.

Во рту будто песок. Голова как надутый шар. Схватившись за край матраса, я подтягиваюсь. За глазами тяжелеет дурнота. Я стону и крепче вцепляюсь в поручень кровати, садясь.

Какого черта?

Меня качает. Во рту скапливается слюна, к горлу подступает тошнота.

— Черт…

Лодка.

Темная вода на рассвете.

Мужик на почти затонувшем судне.

Глухой удар по голове.

Паника из-за чего-то, что я не могу вспомнить, тяжело оседает в животе, взвинчивая нервы.

Серые обрывки накатывают волнами, стирая связность воспоминаний, что мчатся на меня, как поезд.

Спасение пошло не так?

Я тянусь к голове и нащупываю повязку. Стоит коснуться болезненной точки на затылке, как там начинает пульсировать. Повязка у виска цепляет палец, когда я опускаю руку. Надавив, чувствую характерную выпуклость швов.

Что за…

Я наклоняюсь и приподнимаю одеяло. На мне только больничная рубашка.

— Господи…

От простого движения мир идет кругом. Желудок подскакивает к горлу. Я в панике ищу по палате хоть что-то…

Хватаю миску с тумбочки — и меня выворачивает.

Дверь в этот момент открывается, и Айрис порхает ко мне так, будто пришла в загородный клуб.

— О, ты очнулся!

Через секунду она уже рядом: дает мне салфетку, убирает миску, ставит ее обратно на тумбочку. Зеленые глаза смотрят прямо в мои.

— Как ты себя чувствуешь?

Я бросаю на нее самый мрачный взгляд, на какой способен. Она склоняет голову набок. Радость сходит с ее лица, глаза напряженно щурятся, и она выдавливает дрожащую улыбку.

— Ты меня так напугал, Кэл. Если бы Эм не…

Ее лицо ломается.

— Чт… что случилось? — хриплю я.

Судя по всему, это не то, что надо было сказать. Она всхлипывает, не успев сдержаться.

— Эм нашел тебя в перевернутой лодке. Вы оба чуть не утонули, он пытался тебя вытащить.

— Он в порядке?

Эм. Эмметтт.

Вина глушит следующий вопрос, который рвется наружу. Выжил ли тот мужчина на лодке?

Эмметтту пришлось спасать нас обоих?

— Я просто рада, что вы оба теперь в безопасности.

Айрис берет меня за руку и садится на край кровати.

— Но есть кое-что…

Дверь распахивается, и в палату входит мужчина в белом халате, за ним медсестра.