Я начал сомневаться, была ли идея взять Касс хорошей или она вот-вот разорит меня. Наличности, чтобы оплатить залог после того, как она прикончит эту женщину, у меня не было.

Но то, как Бри засветилась, когда Кассандра сказала «моя девочка», стоило всех денег, что у меня есть.

Директор Бикер фыркнула.

— Вы думаете, что сделаете что? Запустите против меня травлю?

— У меня нет хобби, и, если честно, я терпеть не могу природу. Жизнь на ранчо — мой личный ад, — Кассандра ухмыльнулась, как дракон перед тем, как извергнуть пламя. — Так что поверьте, травля для меня — детские игры. У меня полно времени, чтобы ею заняться. Я пойду в школьный совет, и первым пунктом повестки будет ваша голова на серебряном блюде. Я лично использую ваше заявление об отставке вместо салфетки. Хотите проверить мой послужной список? Последняя политическая кампания, над которой я работала, была сенатской. Через три месяца тот человек оказался в кабинете президента. Проверьте меня.

Тишина стала опасной. Комната гудела электричеством, как перед грозой. Внешний офис замер. Все уши были обращены к нам.

Взгляд директора Бикер метнулся к Бри, и мне стоило немалых усилий не придушить эту осуждающую старую каргу за то, что она смотрит на моего ребенка.

— Бри, возьми пропуск у мисс Тани и иди на четвертый урок. Мы закончили, — сказала она, поднимаясь.

Бри поспешно вышла, тихо пробормотав:

— Да, мэм.

Я взял Кассандру за руку, в основном чтобы не дать ей броситься на директора, и переплел наши пальцы.

— Не заставляйте меня сюда возвращаться, Бонна, — сказала Кассандра, ткнув пальцем, оставляя старуху кипеть от злости.

Ее звали Бонна?

Как бы ни хотелось посмотреть, как они дерутся до последнего, я вытащил Кассандру наружу и перехватил Бри у выхода из офиса.

— Прости, папочка, — сказала она, обнимая меня и сжимая пропуск.

— Ты ни в чем не виновата, — сказал я, отпуская руку Кассандры и крепко прижимая Бри к себе. — Это было тяжело, и я горжусь тобой за то, что ты это выдержала.

Она шмыгнула носом.

— Спасибо, что пришел.

И прежде чем я успел что-то сказать, она кинулась к Кассандре и обняла ее.

— Спасибо.

Кассандра обняла ее в ответ, затем взяла за щеки и стерла слезы.

— Голову выше. Будут шептаться. Эти люди могут быть учителями. Это не дает тебе права огрызаться. Они могут навредить тебе только если ты нарушишь правила. Не давай им такого шанса.

Бри кивнула и коснулась кулона, который Кассандра подарила ей утром.

— Обсудим дома, — сказала Кассандра.

— Я люблю тебя, — сказал я и поцеловал Бри в макушку.

Она словно посветлела.

— Я тоже тебя люблю, папочка. — Она махнула Кассандре. — Спасибо, что пришла, мисс Касс.

— Всегда пожалуйста.

Мы молча дошли до пикапа. Ни один из нас не произнес ни слова, пока я ехал обратно на ранчо. Машину трясло и подбрасывало, когда асфальт сменился гравием, а потом землей.

Дел у меня было по горло, но мысли были не там. Не когда рядом сидела эта женщина.

— Если ты ждешь от меня извинений, не надейся, — сказала Кассандра, отстегивая ремень.

Я хлопнул дверью сильнее, чем нужно. Всю дорогу я прокручивал в голове сцену в школе.

К моему удивлению, Кассандра дождалась, пока я открою ей дверь. Я сжал пальцы на металлическом крае, чтобы не потянуться к ней, когда она спустилась и поправила подол платья.

Я хотел, чтобы его не было.

— Судя по всему, никто никогда не ставил эту стерву на место. Давным-давно пора было. Я оказала обществу услугу.

Каблуки щелкали по ступеням. Покачивание ее задницы было гипнотическим.

Входная дверь дома была не заперта, как всегда, и Кассандра вошла внутрь, будто владела этим чертовым местом.

— Клянусь, если Бри скажет мне, что после сегодняшнего дня в ее адрес прозвучал хоть один гребаный комментарий, я спалю это место дотла.

И тут мой самоконтроль дал трещину.

19

Кассандра

— Сними платье.

Я застыла. Рычание из дверного проема заставило спину окаменеть, но я не обернулась.

— Прости?

Его широкие ладони обхватили талию, скользнули вверх и вниз, пока он не нащупал молнию сбоку.

— Ты все еще этого хочешь?

— Чего? — я прикинулась дурочкой, вынуждая его пойти дальше.

Пальцы скользнули к шее, запутались в волосах на затылке. Он сжал кожу головы и дернул. Укол боли оказался восхитительным.

— Я не играю в игры, принцесса. — его борода поцарапала ухо, когда он прошептал у самой кожи. — Если хочешь, чтобы я закончил начатое на днях, снимай платье.

— А если нет?

Глаза сами закрылись, когда он потянул меня назад, прижимая бедра, пока зад не уперся в его джинсы.

— Если нет, я выйду в ту дверь. Мы оба продолжим день так, будто ничего не было.