Я был уверен, что Кассандра клюнет, но она не издала ни звука. Лицо спокойное. Поза расслабленная. Единственным признаком напряжения было то, как она водила пальцем по краю телефона.

Вот эту часть родительства я ненавидел.

Я прочистил горло.

— Я учу девочек соблюдать правила и слежу, чтобы их одежда соответствовала дресс-коду.

— Что ж, — с довольной улыбкой сказала директор Бикер. — Дети бывают хитры. Возможно, Бри вышла из дома в одном, а потом переоделась в… — она помахала пальцем в сторону Бри, — это.

— Я не…

Бри не успела возразить — Кассандра накрыла ей рот ладонью.

— Что я тебе сказала по телефону? — прошипела она.

Бри посмотрела на нее и кивнула, и Кассандра убрала руку.

— Не ведись, — тихо сказала она.

— Нет, — сказал я директору. — Именно в этом Бри была, когда я привез ее утром. Так что подумайте дважды, прежде чем снова называть мою дочь лгуньей.

Бри подняла на меня глаза, широко распахнутые.

Директор Бикер фыркнула.

— Факт остается фактом: она нарушает дресс-код.

— Каким образом? — надавила Кассандра. — Потому что, согласно правилам, вырез блузки должен быть не ниже семи с половиной сантиметров от нижней точки ключицы. Я, конечно, больше имею дело с величинами покрупнее семи с половиной сантиметров, но вижу, что вы, возможно, лучше ориентируетесь в таких размерах.

Я подавился смешком.

— Принести линейку? — Кассандра огляделась. — Мы ведь в учебном заведении. Наверняка где-нибудь найдется.

Директор Бикер устроилась за столом и сложила руки.

— Даже если формально блузка укладывается в требования, — начала она деловым тоном, — моя обязанность — трактовать правила так, чтобы ученики не отвлекали друг друга. — Она бросила на меня ехидный взгляд. — Вы же знаете, какими бывают мальчики в этом возрасте.

Я посмотрел на Кассандру, ожидая взрыва, но она улыбалась.

Это было куда хуже.

— Давайте сэкономим время и скажем прямо, почему вы решили, что ситуация настолько критична, что ради «защиты» небольшой части класса от «отвлечения» нужно было прервать учебу Бри, — сказала Кассандра, загоняя директора в угол.

Директор Бикер снова фыркнула.

— Бри развилась как женщина раньше большинства сверстниц. То, что допустимо на более миниатюрных девочках, на ее теле выглядит неуместно.

Лицо Бри вспыхнуло.

Я уже собирался вмешаться, но Кассандра опередила меня.

— Давайте без этого. Дело не в дресс-коде, который, к слову, не подлежит вольной трактовке. Бри правила не нарушала — вы только что это признали. Зато, думаю, школьному совету будет крайне интересно узнать, как администрация сексуализирует несовершеннолетних, находящихся под ее ответственностью. Дети приходят сюда, рассчитывая на безопасную среду для учебы. А вместо этого взрослые при власти оценивают, как быстро развивается их тело, и выдергивают их с уроков.

У меня пересохло в горле.

Директор Бикер выглядела так, будто вот-вот взорвется.

Бри скрестила руки на животе и сутулилась, пытаясь спрятаться.

Кассандра легонько подтолкнула ее, и Бри выпрямилась.

— Я забочусь о репутации школы и благе учеников, — сказала директор Бикер.

Кассандра улыбнулась.

— Мы обе знаем, что это не так. Либо вы директор, упивающийся властью, — ее голос стал опасным, — либо взрослый человек, обладающий властью над несовершеннолетней, который решил устроить сцену в классе, превратив девочку в «отвлекающий фактор» после того, как оценил ее интимные части тела.

Глаза Бри наполнились слезами, а во мне вскипела ярость. Мне хотелось схватить ее и уйти, оставив Кассандру разбираться с директором.

Но Кассандра взяла Бри за руку и сжала.

У меня дернулось сердце.

Инстинкт бегства отступил, и я увидел, как Кассандра передает Бри часть своей решимости.

— Кем вы себя возомнили, врываясь в мой кабинет с такими нелепыми обвинениями? — ахнула директор Бикер.

— Я публицист семьи Гриффит, — отрезала Кассандра, коснувшись большим пальцем экрана телефона и повернув его к директору. — И хотя эта словесная перепалка была забавной, мне уже порядком надоело иметь с вами дело. Вы мне отвратительны. Думаю, лучший выход — Бри возвращается на урок, а вы больше не испытываете мое терпение. Согласны?

На экране телефона Кассандры равномерно мигал значок записи. Директор была прижата к стене и с доказательствами.

Ногти директора Бикер впились в массивную деревянную столешницу.

— Вы не имеете права записывать частный разговор! Это незаконно!

— Вот тут вы ошибаетесь, — с откровенно скучающим тоном сказала Кассандра, пока телефон продолжал запись. — Техас — штат с согласием одной стороны. Я дала согласие на запись этого разговора. И прежде чем вы заговорите о разумном ожидании приватности, напомню: никакой приватности нет в школьном кабинете с открытой дверью после того, как вы унизили мою девочку перед всем классом.