Адам злобно уставился на Красного урагана, который мирно щипал клевер и никого не трогал.

— Ну, для начала, он затоптал моего младшего брата.

Вот черт.

Я моргнул.

Мой старший брат держал обиду на лошадь за то, что она покалечила меня. Это было так чертовски трогательно, что я едва не покраснел.

Я приподнял шляпу и ухмыльнулся.

— Я знал, что ты меня любишь.

Адам хмыкнул.

Я сгреб его в объятия и приподнял над землей — я помнил, что поднимать надо ногами, но все равно потом об этом пожалею. Он заорал. Блейн фыркнул от смеха, и я услышал щелчок камеры на его телефоне.

— Слезь с меня, идиот! — прорычал Адам.

Ухмыляясь, я отпустил его.

— Чертов болван, — пробормотал Адам, отряхиваясь. Но под полями его шляпы я уловил едва заметную улыбку.

Блейн снова вернул разговор к Урагану.

— Ты не думал его оседлать?

— Я его уже оседлал. Поэтому он и оказался на бойне. После нашего несчастного случая он больше не идет в загон.

Адам и Блейн переглянулись, потом Блейн посмотрел на меня, оценивающе прищурившись.

— Я имел в виду, не думал ли ты попробовать обучать его под седлом. Для шоу или работы со скотом он, скорее всего, не подойдет, но с сильным всадником из него мог бы выйти неплохой прогулочный конь.

Я почесал челюсть.

— Дело в том, что он уже обучен. Последние несколько лет его поощряли за то, что он скидывал всадников. А теперь ты хочешь убедить его терпеть человека в седле, слушаться и идти туда, куда скажут? Это маловероятно.

— Но мы можем попробовать, — настаивал Блейн. — В Белль тоже никто не верил, а Джеймс сделала из нее чемпионку мира. Маловероятно — не значит невозможно.

— Ты у нас теперь философ? — я ухмыльнулся, но где-то в глубине головы шестеренки уже начали крутиться. Медленно, но упрямо. А вдруг и правда получится? — Этому учат в твоем модном университете?

— Неа, это от мамы, — ответил Блейн. — Я раньше часто говорил «не могу», когда на самом деле имел в виду «кажется сложным». Она этого терпеть не могла.

Адам медленно потер ладони, опустив голову.

— Мамы всегда несут такую чушь.

Я сглотнул внезапный ком в горле, понимая, о чем он думает. Наша мама тоже не признавала «не могу». Дженни Хейл не растила сыновей беспомощными перед трудностями.

— Наверное, и правда глупо списывать на покой шестилетнего коня, который полностью здоров, — задумчиво сказал я. — Не повредит спросить у Джеймс, что она думает. У нее репутация человека, который умеет работать с проблемными лошадьми.

Адам напрягся.

— Джеймс на этого ублюдка не сядет.

— Конечно, — протянул я. — Я ей так и передам.

Адам зарычал. Он знал, как и я, что если мы решим попробовать переучить Урагана, Джеймс не удержится и сама возьмется за него. И никакие встревоженные женихи ее не остановят, сколько бы он ни ворчал. Но он также знал, на что она способна, и что падения — часть работы. Когда дело касается животных, риск есть всегда.

— Для меня это был бы отличный летний проект, — сказал Блейн. — Втроем у нас шансы не хуже, чем у кого угодно. Джеймс — лучшая из лучших. Я сам тренировал нескольких. А ты… — Он пожал плечами.

— Нужен новый способ убить время? — предположил я.

— Я хотел сказать, что тебе все равно нечем заняться, так что можешь заодно починить то, что сломал, но пусть будет так.

Я уставился на него с открытым ртом.

— Черт, парень. Жестко. — Я снял шляпу, хлопнул его полями по плечу и снова нахлобучил ее на голову.

Он ухмыльнулся.

— Говорю как есть.

Я посмотрел на Урагана и резко свистнул. Он поднял голову, уши насторожились. Ноздри раздулись, и я снова задумался, узнает ли он мой запах и что это для него значит. Я для него просто идиот, запутавшийся у него под ногами? Или еще и кто-то другой? Кто-то хороший.

Я свистнул еще раз, и он неторопливо подошел. Когда он оказался у забора, я достал яблоко, разрезанное для него пополам. Он мягко взял его губами, тихо фыркнув.

Рядом со мной Адам снова зарычал.

— Черт побери, ты ведь это сделаешь, да? Снова сядешь на коня, который тебя растоптал. — Он покачал головой, не веря своим глазам.

Я взял Урагана за недоуздок, подтянул его морду к своей и потерся лбом о его нос.

— Да. Именно это я и собираюсь сделать.

Я наконец снова садился на эту чертову лошадь.

 

28

28 Ханна

Было странно вернуться в Аспен-Спрингс после нашей стремительной поездки. Все осталось ровно таким, каким я это оставила. Ничего не изменилось. Мои кошки, кафе «У Джо», библиотека — все было по-прежнему. Изменилась только я. И во всем был виноват Зак.

С момента, как он высадил меня у дома и поехал дальше, на ранчо Путеводная звезда, с Ураганом, не прошло и сорока восьми часов, а я уже по нему скучала. Это было смешно.

Я шла в библиотеку и думала о Заке.

Я заскочила в «У Джо» за чашкой чая и думала о Заке.