— Тева, — отвечает моя подруга, дотрагиваясь до своей груди. В ее устах слова звучат хрипло, но я так горжусь тем, что она произнесла их вслух. Она хочет, чтобы мы были вместе.

Лиам просто смотрит на нас. Его взгляд на мгновение задерживается на Теве, а затем он переводит взгляд на меня.

— Не хочешь присоединиться ко мне и Энди в нашем гнездышке? Там будет легче разговаривать. Ты можешь расслабиться и провести с нами несколько дней, прежде чем тебе нужно будет двигаться дальше.

Я чувствую нетерпение Тевы и не хочу быть тем, кто все испортит.

— Теве не стоит изменяться в боевую форму прямо сейчас. Мы можем доставить ее с земли?

— Если бы ты мог, это не было бы таким уж скрытным гнездышком, — весело говорит Энди. — Ты бы предпочел прокатиться верхом? Я уверена, Лиам сможет нести всех…

— Нет, — говорит Лиам одновременно со мной. Я говорю это инстинктивно, потому что улавливаю вспышку обиды в Теве. Кажется, предложение одному дракону прокатиться на другом является оскорблением.

Энди прикусывает губу.

— Извини за это. Я не хотела оскорбить. — Она слегка улыбается Теве.

Моя пара обнажает зубы. Это не совсем улыбка.

— Мы прогуляемся, — говорю я. — Может быть, где — нибудь поблизости есть место, где мы могли бы устроить привал и выпустить кошек размять ноги. Не думаю, что им тоже понравится поездка на драконе.

— Вполне справедливо, — Энди бросает взгляд на Лиама, а затем снова улыбается нам. — Хочешь компанию на прогулке?

ТЕВА

Мы бредем по шоссе, я держу Гейба за руку. Тот, кого зовут Лиам, привязан к тележке и тянет ее за собой, в то время как самка Энди идет рядом со своим самцом и расспрашивает моего Гейба о людях в человеческом улье.

«Они называют это фортом, — говорит Аталим. — Им не нравится слово «улей»».

Значит, это форт. Странно говорить так, чтобы мой Гейб этого не заметил. Он увлечен разговором о брате Энди и отношениях юноши с его молодой женщиной.

Я бросаю взгляд на мужчину — дракони. Он носит человеческую одежду, как будто привык к ней, и говорит человеческими словами. Он называет себя Ли — ам, что не является именем дракони. «Откуда ты это знаешь? Ты был в их улье?»

«Форт, — снова поправляет он, игнорируя мою резкость. — И я прожил там много лет с ними, притворяясь человеком. Это был единственный способ выжить».

Я удивлена это слышать. «Безумие не повлияло на тебя?»

Он признает, что этого не произошло. «Когда я прошел через Разлом, я был военнопленным, недавно захваченным и содержавшимся в моем двуногом обличье. Все вокруг меня сошли с ума, а затем я внезапно оказался на свободе… но в ловушке в странном мире. Я понял, что это безумие как — то связано с боевой формой. Я подозревал, что если я превращусь, то тоже сойду с ума. Так что последние семь лет я жил среди них как человек. Я только недавно вернул себе боевую форму. — В его мыслях проскальзывает нотка веселья. — Со смешанными результатами».

«Вот почему я не изменяюсь в боевую форму, — признаюсь я ему. — Я хочу, но быстро теряю самообладание и слышу… разные вещи. Это беспокоит Гейба, поэтому мы пришли к тебе. Он хочет знать, как мне справиться с этим. Как я могу снова стать настоящим дракони».

Лиам снова смеется, но с оттенком сожаления. «Я не тот, кто тебе подскажет. В тот момент, когда я перехожу в боевую форму, я сам на грани потери контроля. Только Андреа способна вернуть меня к себе, и иногда ей приходится прилагать для этого огромные усилия. Иногда я беспокоюсь, что она не сможет достучаться до меня».

Меня это тоже беспокоит. «Т ы… слышишь другие голоса, когда находишься в боевой форме?»

«Если ты имеешь в виду Саллаватри, то она всего лишь ребенок с очень шумным умом».

«Нет, я имею в виду… другие голоса. Голоса, которые говорят тебе совершать плохие поступки».

«Нет, ничего подобного. — Лиам задумчив. — Когда я перевоплощаюсь, в моей голове царит хаос. Только Андреа помогает мне разобраться в этом безумии».

«Ты когда — нибудь… нападал на тех, кто тебе дорог?»

«Пока нет, но страх всегда присутствует. — Разум Лиама становится суровым. — Я всегда чувствую себя на грани. Только Андреа спасает меня».

Это меня не успокаивает. Я крепче сжимаю руку Гейба, пока мы идем, и в конце концов мы находим здание, где можно остановиться и отдохнуть. Там есть крытый навес и тень, и Гейб мысленно называет это заправочной станцией. Несмотря на то, что вокруг стоит странный запах, люди довольны, и Гейб заходит с кошками в здание и выпускает их из контейнеров, чтобы они могли размять ноги.

Аталим и его самка остаются снаружи, разговаривая вполголоса, и Гейб поглядывает на них. «Ты останешься здесь и присмотришь за кошками, Тева? Я сейчас вернусь».

Я почесываю полковника Горчицу под его мягким подбородком. Кот любит меня больше, чем Гейба, вероятно, из — за моего тепла. Конечно.