Мы обе испепелили его взглядом, и он замолк, словно ему выключили звук.

— Хорошо, Дженна, на следующей схватке ты должна тужиться, ладно? — подбодрила я ее, стараясь говорить спокойным голосом, хотя сама чувствовала себя далеко не спокойно. Меня всю трясло, руки дрожали, и я заставляла себя успокоиться. Эта малышка зависела от меня. Моя лучшая подруга зависела от меня.

Лайон поцеловал Дженну в макушку и посмотрел на меня с неподдельным ужасом.

— Давай, милая. На следующей схватке, хорошо? Черт возьми, я так тебя люблю. Я больше никогда не заставлю тебя пройти через подобное, — сказал Лайон. Дженна бросила на него свирепый взгляд.

— Прямо сейчас я ненавижу тебя всей душой.

— Это взаимно, — ответил муж, целуя ее в лоб.

Накатила еще одна схватка. А потом это случилось.

Сначала головка, потом плечики… и наконец выскользнуло все остальное тело.

Джун Тэвиш — прекрасная, пухленькая темнокожая девочка с темными кудряшками, перепачканными в крови — начала безудержно плакать без какой-либо помощи с моей стороны. Никаких шлепков по попе, как показывают в кино.

Я взяла ее на руки и тут же завернула в полотенце. С еще не перерезанной пуповиной и слезами на глазах я передала самую красивую девочку на свете самой смелой подруге на свете.

— О боже мой, — произнесла Дженна, забирая ее дрожащими руками. — Какая мерзость… Но какая же она красивая…

Я смеялась сквозь слезы, наблюдая, как мои лучшие друзья знакомятся со своей дочерью, и меня переполняло потрясающее чувство.

Я помогла своей крестнице появиться на свет, и я никогда этого не забуду.

Глава

7

Ноа

Когда наконец приехала скорая, Дженну и малышку как можно быстрее доставили в больницу. Только передав их в руки врачей, я смогла выдохнуть воздух, который, казалось, задерживала всё это время. Помогать Дженне рожать дочь было чем-то невероятным, но в то же время пугающим.

Когда все разошлись, я рухнула на диван в гостиной. Я была совершенно без сил.

Меня трясло как осиновый лист.

— Как ты себя чувствуешь, милая? — спросила мама, устраиваясь на диване напротив меня.

— Вымотана.

— Ты была очень смелой, — произнесла она, глядя на меня с восхищением.

В этот момент в дверях появился Ник. Он укачал Энди в коляске и, как только увидел меня, подошел и сел рядом. Он обнял меня, прижал к себе и поцеловал в макушку.

— Ты просто невероятная, — сказал он.

В гостиную вошел Уильям. Он уже снял галстук и тоже выглядел довольно уставшим.

— Неплохое вышло «бэби-шоу», да? — сказал он, садясь рядом с мамой.

Я рассмеялась.

— Это называется «бэби-шауэр», — поправила я его.

— Неважно… В любом случае, мы в последний раз устраиваем подобное в нашем доме.

— Согласна, — кивнув, подтвердила я.

— Вы останетесь или поедете? — спросила мама. — Спрашиваю, потому что уже поздно, а Энди только что уснул.

Я посмотрела на Ника.

Я знала, что он предпочел бы поехать домой, но действительно было уже поздно, а дорога до центра заняла бы около часа.

— Завтра рано утром мне нужно уезжать, поэтому мы не можем остаться, — сказал он, немного напрягшись.

Этого я никак не ожидала.

— Уезжаешь? — недоверчиво переспросила я. — Но ты ведь только приехал, — добавила я, и даже сама услышала, насколько убитым прозвучал мой голос.

— Знаю, но мне необходимо вернуться. Я и так отменил три встречи, чтобы приехать сюда.

— Ник, сегодня суббота, — возразила я, выпрямляясь на диване. — Хочешь сказать, что в воскресенье ты должен быть в офисе?

Он бросил быстрый взгляд на наших родителей и снова повернулся ко мне.

— Это сложный период, Ноа, я же говорил тебе.

— Энди в понедельник идет в детский сад.

— Я знаю.

Это было безумие. Неужели он и правда думал, что сможет уехать в воскресенье и вернуться к утру понедельника?

— И как ты планируешь это сделать? Вернешься завтра вечером? — со скепсисом спросила я.

Ник молча смотрел на меня. И тут до меня дошло.

— Так вот почему ты приехал сегодня? — спросила я, выходя из себя. — Ты знал, что не сможешь пойти в сад, поэтому приехал сегодня, надеясь на что? Что я буду меньше злиться?

— Как я погляжу, это не помогло.

Я уставилась прямо перед собой, не в силах в это поверить.

Мама посмотрела на меня, и я увидела грусть в её глазах. Я знала, о чем она думает, она как-то говорила мне об этом. Она не хотела, чтобы вся ответственность за ребенка легла на мои плечи.

Я встала.

— Поехали домой, — сказала я, потому что у меня не было ни малейшего желания ссориться, особенно при наших родителях.

Ник резко вскочил рядом со мной.

— Я заберу малыша.

— Я сама.

В тот момент мне нужно было побыть подальше от него, от него и ото всех остальных.