Угольно-серые тучи начали собираться на горизонте, закрывая восходящее солнце. Казалось, они движутся неестественно быстро, клубясь и извиваясь, как живое существо.

Я взглянула на Руадана, который уже отрывал колёса от подошв своих ботинок. Я должна была догадаться, что долго это не продлится.

— А как же твоя маскировка? — спросила я.

— Я Призрак, — сказал он. — Мне не нужна маскировка. Меня никто не увидит, и я буду красться по дворцу незамеченным.

Справедливо.

Энгус выглядел разъярённым, ковыляя по траве в своих роликовых коньках и крошечных шортах. Киара также натянула на его огромную грудь радужный топ на бретельках.

Темнеющее небо прорезала вспышка белой молнии, за которой последовал раскат грома. Воздух казался напряжённым, тяжёлым.

Когда мы приблизились к дворцу, небо озарила ещё одна вспышка — на этот раз горизонтальная, прорезавшая своим светом тёмные тучи.

— Зарница, — сказала Киара.

Я нахмурилась.

— Не так уж и жарко.

Я катилась на роликах по ухабистой местности, и бледные вспышки света всё быстрее проносились по небу. Волосы у меня на затылке встали дыбом.

К тому времени, как мы добрались до самого дворца, молнии участились, пульсируя в облаках со скоростью сердцебиения, со скоростью нейронных связей. Сам дворец выглядел совершенно незащищённым — ни рва, ни ворот, только зияющая открытая арка, ведущая во внутренний двор. Сквозь арку я слышала глубокие, пульсирующие басы диско-песни. Звуки Bee Gees казались странным контрастом с гротескными человекоподобными горгульями, возвышающимися над аркой. Они выступали из стен древнего дворца. Мужчины с плотоядными взглядами, ухмыляющиеся, пока они руками раскрывали свои рты или вырывали свои собственные сердца.

— Ммм… — протянула Киара. — Я не совсем понимаю, что здесь происходит.

— Я тоже, — сказала я. — Вот почему мы маскируемся. Мы смешиваемся с толпой, притворяемся слабыми людьми, пока не сможем разобраться… что, чёрт возьми, происходит.

В некоторых окнах дворца мерцал тёплый свет свечей. Был ли Балерос в одной из этих комнат? У меня возникло искушение ворваться во дворец и перевернуть всё вверх дном, пока мы не найдём его, но, как и сказал Руадан, нельзя допустить, чтобы он нас заметил. Мы должны точно узнать, где он находится, прежде чем атаковать.

Как раз перед тем, как мы прошли под аркой, звук лая гончих заставил меня обернуться. Я затаила дыхание. Над нами, под облаками, пронёсся светящийся силуэт, вокруг которого сверкали молнии. На нём был тёмный плащ, а его глаза горели оранжевым, как Марс — таким ярким светом, что я могла видеть их даже отсюда. Огромные белые призрачные гончие неслись по небу, таща за собой его колесницу и оставляя за собой жемчужно-белые полосы.

Я медленно выдохнула. Этот фомуар определённо не был обычным фейри.

— Это Арубиан? — прошептала я.

— Это он, — сказал Руадан.

Его траектория начала описывать дугу над дворцом — широкий, грациозный полёт.

— Вы трое, сливайтесь с толпой, — сказал Руадан. — Я собираюсь обыскать дворец. Ничего не предпринимайте, пока я не вернусь, — огромная фигура Руадана стала расплывчатой, вокруг него закружился тёмный туман.

Мои мышцы полностью напряглись, когда мы направились к внутреннему двору. Арубиан покрыл весь внутренний двор паркетным полом, а над катком вспыхивали огни. Гости вечеринки катались на роликах, смеясь друг с другом. Песня Bee Gees «Massachusetts» звучала из динамиков, эхом отражаясь от каменных стен дворца. На краю паркетного пола из земли торчали фонари высотой под два метра, переливаясь розовым, зелёным, голубым…

Я взглянула на стены дворца, которые образовали квадрат вокруг катка. Был ли Балерос в одном крыльев здания?

Блондинка с косичками скользнула по танцполу, низко пригибаясь и выставляя ногу в движении, которое, как мне показалось, можно было бы назвать «подстрели утку».

Мы покатились по дискотеке — все, кроме Руадана, которого я больше не могла видеть.

Участники вечеринки подпевали Bee Gees, что-то о том, что в Массачусетсе погас свет. Я думала, что Арубиан питается страхом? Где же страх? Эти люди веселились.

Энгус кубарем укатился в толпу, совершенно не справляясь с роликовыми коньками. Он врезался в группу смеющихся женщин, которые помогли ему подняться, визжа от восторга. Одна из них схватила его за руки и закружила по кругу, обхватив его руки своими. Она громко смеялась, в то время как на его лице был написан ужас. Bee Gees продолжали играть.

Киара схватила меня за руку, и мы парили над танцполом. У меня возникло ощущение, что она провела свою юность в Америке, катаясь на роликах, потому что вскоре она уже ускользала от меня и ехала задом наперёд, как настоящий профессионал, подпевая дискотеке и раскинув руки.