Я из кожи вон лез, чтобы держаться от нее подальше с тех пор, как уехала Элла. Особенно после той ночи на озере, когда мы разделись догола и чуть не позволили течению унести нас туда, откуда нет возврата. А потом на ее телефоне высветилось имя Эллы, и выражение лица Мэгги я не забуду никогда.

Ее улыбка погасла, и она начала лихорадочно одеваться, будто хотела сбежать от меня как можно скорее. Неделями после этого она не могла смотреть мне в глаза.

Но теперь каждый раз, когда она появлялась, я ловил на себе ее взгляд — она смотрела на мгновение дольше, чем следовало, прежде чем отвернуться. Казалось, вселенная проверяет, сколько трещин выдержит моя воля, прежде чем я сломаюсь.

— В восемь в Spur! — крикнул мне вслед Кольт, и я кивнул, не оборачиваясь.

У меня было время до восьми вечера, чтобы взять себя в руки, но в глубине души я уже понимал: я попал.

Глава 3Мэгги

Как только я толкнула входные двери The Dusty Spur, в нос ударил запах пива, и я сжала ключи в кулаке так сильно, что металл впился в ладонь. После вчерашнего разговора с Эллой нервы и без того были на пределе.

Я обещала себе не искать его глазами, но предательский взгляд сам заскользил по толпе, пока не наткнулся на Хантера. Вот он: стоит, упершись одним сапогом в перекладину барной стойки, потертые джинсы плотно обтягивают бедра, а какая-то брюнетка водит кончиками пальцев по его предплечью. Она смеялась, наклонившись так близко, что волосы касались его плеча.

Его челюсть сжалась, под щетиной перекатился желвак, и прежде чем я успела отвернуться, он вскинул голову. Наши взгляды встретились через весь зал — так, будто он ждал моего появления с самой первой минуты.

В его глазах промелькнуло что-то опасное, он медленно окинул меня взглядом с ног до головы, и этот жар выжег все вокруг, оставив в мире только нас двоих. Когда его взор задержался на подоле моего короткого платья, задравшемся высоко по бедрам, я невольно представила, каково это — почувствовать там его мозолистые ладони.

Врать себе было бессмысленно. Тот взгляд, которым он меня сейчас раздевал, то, как он тяжело сглотнул, изучая меня, — именно ради этого я и вытащила это платье из шкафа.

Он осматривал меня так, словно имел на это полное право. Когда он облизнул нижнюю губу, не обращая ни малейшего внимания на крутившуюся рядом женщину, внизу живота сладко потянуло. Я наблюдала за ним, затаив дыхание: вот он подносит бокал к губам и делает долгий, медленный глоток. Его кадык дернулся, и когда наши глаза снова встретились, клянусь, весь бар перестал существовать.

В заведении было не протолкнуться, отовсюду доносился хохот, а из динамиков надрывно тянуло какое-то старое кантри, но я не могла ни пошевелиться, ни вздохнуть. Я лишь чувствовала тяжесть его взгляда — он ощущался на коже почти физически, как прикосновение рук.

— Мэгги! — голос Блэр привел меня в чувство.

Я оторвалась от Хантера и увидела, как она машет мне из угловой кабинки. Натянув улыбку, я начала пробираться к ней сквозь толпу. The Dusty Spur ни капли не изменился с моего последнего визита, но сегодня все казалось другим. Кожа так и зудела от странной чувствительности.

Я убеждала себя, что виной всему звонок Эллы, а вовсе не тот пристальный взгляд, который, я кожей чувствовала, провожал меня через весь зал.

— Ты опоздала, — крикнула Блэр, хотя ее глаза так и сияли, когда я подошла к столу. — Я уж решила, что ты нас кинула.

— Стану я оставлять тебя на растерзание этой компании, — парировала я, опускаясь в кабинку рядом с Маккоем.

Он приобнял меня за плечи, притягивая к себе, и рассмеялся.

— Это еще что значит? Мы сущие ангелы.

Я фыркнула и прислонилась к нему, не препятствуя тяжести его руки на своем плече. От него пахло одеколоном и виски, и я попыталась использовать эту привычную близость как якорь, чтобы прийти в себя.

— В вас нет ни капли ангельского. — Я перевела взгляд с него на Кольта. — Ума не приложу, как миссис Кэллоуэй выжила, пока растила вас.

Оба расхохотались. Маккой склонил голову к моему уху, обдав его теплым дыханием.

— Выглядишь сногсшибательно, Мэгс. Решила довести моего парня до сердечного приступа?

Я округлила глаза, прикидываясь дурочкой.

— Ты о ком? — спросила я, поправляя подол там, где он едва прикрывал бедра. Платье внезапно показалось мне гораздо короче, чем час назад, когда я выбирала его, представляя реакцию Хантера.

Маккой медленно и лукаво ухмыльнулся, прижимая меня к себе так плотно, что тепло его тела передалось мне. Его голос понизился до шепота, предназначенного только для моих ушей:

— Ты прекрасно понимаешь, что делаешь, Мэгс. И, признаться, наблюдать за этим — одно удовольствие.

Я рассмеялась, глядя в его красивое лицо. Весь он состоял из резких линий, смягченных добродушной улыбкой. На миг я представила, как просто все было бы, если бы пульс учащался от него, а не от Хантера. В его объятиях было спокойно и уютно. Это было ровно то, чем никогда не являлись прикосновения Хантера.