— Насчет процедуры не уверен. У меня еще ни разу не было случая, чтобы действительно вообще не осталось ближайших родственников. — Он снова шелестит бумагами. — Но я уточню. У них правда совсем никого из семьи не осталось?

— Если я правильно помню, у нее есть какой-то племянник в трехсотом колене или вроде того, в Великобритании.

— О, ну тогда все проще. Я пришлю тебе форму, пусть он ее подпишет. Если только вы не собираетесь заставлять его оплачивать похороны, все должно пройти довольно быстро, — предлагает Логан, и я невольно киваю.

— Так и сделаю.

— Отлично. Как только получишь подтверждение, можешь прислать кого-нибудь забрать останки.

— Спасибо, Логан.

— Всегда пожалуйста. Особенно когда речь не идет об убийстве.

Он отключается. Я смотрю на телефон, медленно осознавая все произошедшее.

Голова идет кругом. Слишком много всего навалилось разом. Я хочу радоваться тому, что это дело наконец раскрыто, хочу позвонить Кайли и рассказать новости, но словно парализован, пока жду звонка Фрэнка.

— Да сколько, черт возьми, может идти этот поиск? — бормочу себе под нос.

Понимаю, что глупо зацикливаться на этом, но кажется, еще немного — и меня просто разорвет. В голове творится черт знает что.

Что я сделал такого, чтобы заслужить Кайли? Она без раздумий ввязалась во все это и, мать ее, помогает мне искать сестру. Господи, если все получится, я никогда не смогу отблагодарить ее достаточно.

Что я скажу тете Молли? Папе?

А что, если Лилит не захочет иметь с нами ничего общего?

Что, если она нас не помнит?

Все мысли мгновенно смолкают, когда телефон на столе снова звонит. Два широких шага — и я уже возле стола. И еще до того, как Фрэнк произносит слова, я знаю, что он сейчас скажет.

— Чтоб меня. — От эмоций горло горит. — Мы ее нашли.

Колени подкашиваются, и я с громким стуком падаю на пол.

— Правда?

— Правда, — заверяет он. — Шрам на губе слева?

— Ага.

— Родинка прямо над бровью?

Все, на что меня хватает, — всхлипнуть сквозь смех.

— Передай своей подруге подруги, что она, мать ее, проделала отличную работу, потому что это... это точное попадание. Я прямо сейчас отправлю тебе всю информацию.

— Спасибо, Фрэнк.

Эмоции сдавливают горло, голос ломается.

— Это я должен тебя благодарить, сынок. Двадцать пять лет... — В его голосе слышатся и потрясение, и сожаление. — Я просто благодарен, что это дело раскрылось до того, как я уйду на пенсию в следующем году. Оно все эти годы не давало мне покоя.

— Мне тоже, — бормочу я и поднимаюсь на ноги.

Я знал. Стоило мне всерьез задуматься о том, чтобы окончательно сдаться, как вселенная подкинула ту самую зацепку, настоящий прорыв. Свое последнее: «Видишь, что бы ты упустил, если бы сдался?»

Я прислоняюсь спиной к стене, вытягиваю ноги по полу и тру глаза. Одна дверь закрывается — другая открывается. Я рад, что Фрэнк наконец сможет похоронить своих призраков.

А я?

Я своего только что воскресил.

— Поверь мне, Фрэнк. Мне тоже.

Остается лишь надеяться, что все эти годы поисков не окажутся напрасными.

Глава 33Кайли

Живот скручивает, когда я сворачиваю на подъездную дорожку. Это всего лишь Зак, снова и снова напоминаю я себе. Сомневаюсь, что он приехал сюда с каким-то скрытым или мутным умыслом. Я даже не думаю, что он действительно хочет меня вернуть.

Сейчас ему отчаянно нужен друг. И как бы больно ни было это признавать, учитывая, как долго я любила этого мужчину, этим другом я больше быть не могу.

Стоит мне открыть багажник, как Эбби тут же выпрыгивает из машины и терпеливо ждет меня на веранде. Я еще пару мгновений остаюсь возле машины и смотрю на входную дверь.

Глубоко вдохни, Кайли. Все хорошо. Вы поговорите как взрослые, потом он пойдет своей дорогой, а ты наконец закроешь эту главу навсегда.

С неба сыплется едва заметный дождь, больше похожий на туманную морось.

Решительно отталкиваюсь от машины и спешу по ступенькам на веранду. Давай покончим с этим, пока я не передумала.

На случай если он не слышал, как я подъехала, звоню в дверь, прежде чем отпереть замок.

— Зак! — кричу, распахнув дверь. — Я вернулась.

— Привет.

Слышать его здесь настолько странно, что все кажется нереальным.

Я сбрасываю обувь и нахожу его на кухне, где он пытается разобраться с кофемашиной. На нем футболка с символикой хоккейной команды нашего университета и спортивные штаны.

— Выглядишь получше, — замечаю я.

К лицу вернулся цвет, он причесался и даже побрился.

— Хорошо поспал?

— Да, вообще-то. — Он тихо ругается и вскидывает руки.

Хм. Я была почти уверена, что Элизабет настолько разозлится из-за того, что он спит в ее комнате, что не даст ему сомкнуть глаз.

— Извини, я не понимаю, как работает твоя кофемашина.

— Я сама. — Жестом прошу его отойти.