Ну, нельзя сказать, что совсем нет. В конце концов, она была замужем за этим парнем, черт возьми. А вдруг поймет, что он все еще много для нее значит? Она явно не в восторге от него, это понятно. Но и ненависти к нему вроде не испытывает. И все же я не врал, когда сказал, что доверяю ей. Просто дурацкий голос в голове, как всегда, рисует худший сценарий. Точно так же, как с Лилит, чтобы потом я мог приятно удивиться, а не разочароваться.

Наконец экран оживает. Я тут же открываю почту и ругаюсь, когда программа тоже начинает грузиться целую вечность.

— Эрик, вот твой кофе. — Джоди заходит и ставит кружку на стол.

— Спасибо, Джоди, — выдавливаю сквозь зубы, не сводя глаз с экрана.

— Пожалуйста. Крикни, если что-нибудь понадобится.

— Вообще-то... — Она останавливается в дверях и оборачивается. — Можешь, пожалуйста, соединить меня с Фрэнком Спейдом?

— Конечно. — Ее глаза слегка сужаются.

Фрэнк Спейд — полицейский, который тогда расследовал исчезновение моей сестры. На протяжении многих лет он время от времени заходил к нам, только чтобы сообщить, что никаких новых зацепок нет. В подростковом возрасте я был уверен, что он продолжает навещать нас лишь потому, что запал на тетю Молли.

Черт, да он уже наверняка почти на пенсии.

Я открываю первую базу данных, загружаю изображение и жду, пока система закончит поиск совпадений.

— Соединяю! — кричит Джоди.

— Спасибо! — Я хватаю трубку, едва телефон начинает звонить. — Привет, Фрэнк.

— Эрик? — отзывается он своим добродушным баритоном. — Не ожидал от тебя звонка.

— Поверь, я и сам не ожидал, что позвоню, но, возможно, у нас появился прорыв. — Я сжимаю переносицу. Если это ни к чему не приведет, я буду просто уничтожен, но нутром чувствую — сработает. — Слушай, Фрэнк, я сейчас перешлю тебе изображение. Можешь проверить его по своим базам?

— Да, конечно, — бормочет он, и я слышу, как он стучит по своей древней клавиатуре. — Но, Эрик, столько лет прошло... возможно, уже пора принять, что ты ее не найдешь. Я ищу ее двадцать пять лет. Сделай мне одолжение и не слишком обнадеживайся.

Я мычу в знак того, что услышал, хотя для такого совета уже слишком поздно.

Поиск на моем компьютере завершается и, как я и ожидал, ничего не находит. Что вполне объяснимо. Моя юрисдикция ограничивается Вейворд Холлоу. Если она где-то еще, с моим уровнем доступа у меня нет никаких шансов ее найти.

Так что я быстро отправляю Фрэнку письмо с изображением во вложении и жду. В трубке слышится только его тяжелое дыхание.

— Откуда у тебя это изображение?

— У моей девушки есть подруга, которая знает специалиста по цифровому состариванию лиц. Какая-то научная штука, которую я толком объяснить не смогу, но...

— И не надо. — Он усмехается и снова начинает колотить по клавиатуре. — Мы уже вечность пытаемся выбить финансирование на программу вроде этой. Если что-нибудь всплывет, я тебе перезвоню, хорошо?

— Спасибо, Фрэнк.

Как только разговор заканчивается, я вскакиваю и начинаю мерить кабинет шагами. Так и тянет выбежать наружу и рвануть к тете Молли, чтобы рассказать ей, что происходит.

Но я этого не сделаю. Пока не буду знать наверняка.

Не могу объяснить почему, но я просто знаю: это, мать его, оно.

В животе все бурлит от волнения, и я буквально не способен усидеть на месте.

Телефон звонит. Я отвечаю меньше чем за секунду.

— Эрик слушает.

— Это Логан. Как дела?

Я тихо ругаюсь.

— Извини, не вовремя?

— Нет-нет, все нормально. — Я по-прежнему хожу туда-сюда по кабинету. Сесть сейчас просто невозможно.

— У меня для тебя есть официальные результаты, друг мой. — На другом конце линии Логан шелестит бумагами. — И похоже, причиной смерти был сепсис. Когда ты прислал мне изображение Элизабет, я вспомнил ту, скажем так, городскую легенду и решил проверить одну догадку. Сделал рентген костей, МРТ и обнаружил признаки остеомиелита.

— Остео... чего?

— Остеомиелита. Инфекции, которая из крови распространилась на кости. По сути, сепсис.

— Серьезно? — Я останавливаюсь.

В голове эхом звучат слова Бобби. Значит, его история все-таки правдива. Причин сомневаться и так особо не было, но, должен признать, получить реальные доказательства того, что все действительно произошло именно так, — это совсем другое дело.

— И лицо у вас теперь тоже официально подтверждено?

— Да. Наконец приехал специалист. Потрясающая штука. Представляешь, они сделали слепок черепа, потом прилепили к нему какие-то маленькие штучки и... понятия не имею как, но он буквально вылепил лицо. Очень круто. Оно до сих пор стоит у меня в кабинете. Хочешь фотографию?

— Нет, не надо, — уверяю его. — И?

— И-и-и... — нарочно тянет он. — Это совершенно точно Элизабет О'Брайен. Официальное заключение. Прямо сейчас отправляю тебе отчет.

— Блядь, да! — Я вскидываю кулак в воздух. — Отлично. Это отлично. Просто рад, что мне не придется расследовать убийство.

— Могу представить. — Он присвистывает сквозь зубы. — Убийство столетней давности было бы тяжеловато раскрыть, но я бы в тебя поверил.

— Конечно, поверил бы. Так что теперь будет с останками? Насколько я понимаю, потомков или ближайших родственников в стране у нее нет. Хотя мне кажется, она хотела бы быть похороненной рядом с мужем.