— Ого. Вот такого у меня еще не было. — Генри трет затылок, явно обдумывая услышанное. — Дай-ка я сначала поговорю с Эриком. — Он показывает куда-то в сторону. — Потому что ответ зависит от стадии разложения. Минутку.

— Черт. — Я смотрю на свою собаку, и сердце болезненно сжимается, пока тревога грызет меня изнутри.

— С ней все будет хорошо, — уверяет Киран.

Ник снова успокаивающе кладет ладонь мне на руку.

— А даже если что-то не так, Генри отличный ветеринар. — Она для убедительности кивает и смотрит ему вслед.

— Ты предвзята, потому что он твой парень, да? — Я бросаю на нее взгляд, и она заливается смехом.

— Возможно.

Лорен все еще разговаривает с Эбби, люди в защитных костюмах все еще копают и уничтожают мой газон, топчась по нему, когда Генри возвращается.

— Итак, хорошие новости. — Он останавливается перед Эбби и закатывает рукава. — На костях уже не осталось мягких тканей.

— И каким образом это хорошие новости? — успевает спросить Лорен раньше меня, и даже Ник озадаченно хмурится.

— Это значит, мне не придется проверять ее на бактериальные инфекции, которые она могла бы подхватить из-за разлагающейся плоти, — объясняет он Лорен, а затем переводит взгляд на меня. — Она ведет себя как обычно?

Я смотрю на своего пушистого ребенка.

Эбби сидит, высунув язык, и я готова поклясться, что она улыбается.

— Ничего необычного я не заметила.

— Тогда, если она начнет вести себя хоть как-то странно, пожалуйста, приводи ее ко мне или просто позвони. Ты свою собаку знаешь лучше всех. А прямо сейчас, пока симптомов нет, максимум, что я могу сделать, — проверить, не осталось ли у нее во рту осколков.

Он достает из кармана фонарик и опускается на колени рядом с Лорен.

— Привет, красотка.

Генри дает Эбби обнюхать руку, а затем начинает гладить ее, чтобы она привыкла к нему.

Примерно через минуту он поднимает на меня взгляд.

— Как ее зовут?

— Эбби.

— Эбби.

Некоторое время он играет с ней, хотя по сосредоточенному выражению лица я понимаю: на самом деле он внимательно оценивает ее состояние.

Потом усаживается на землю поудобнее и начинает осматривать ее уверенно, твердо и явно привычными движениями.

Светит фонариком ей в пасть, проверяет щеки и язык.

И, на удивление, Эбби — собака, которая начинает скулить в ту же секунду, когда я пытаюсь ее искупать, — спокойно ему позволяет.

Обычно она вообще не любит, когда кто-то трогает ее морду, а уж зубы тем более. Должно быть, у Генри волшебные пальцы.

— Какая хорошая девочка. — Он напоследок гладит ее, поднимается и поворачивается ко мне. — Никаких осколков я не увидел, и вообще ничего необычного не заметил. Но, как я уже сказал, если в ближайшие несколько дней она начнет вести себя странно, пожалуйста, приезжай. Моя клиника прямо в Вейворд Холлоу. Серьезно, я лучше увижу вас там лишний раз, чем вы не приедете, когда это будет нужно.

— Спасибо тебе огромное, — говорю я, и от облегчения голос предательски срывается.

Ник отводит Генри в сторону, чтобы тихо с ним поговорить, а краем глаза я замечаю приближающегося Эрика.

И когда поворачиваю голову, сердце ухает вниз при виде тревожной складки у него на лбу.

— Кайли, мне нужно с тобой поговорить.

Глава 5Эрик

Я достаю из внутреннего кармана куртки блокнот и ручку.

— Можешь, пожалуйста, по порядку рассказать, что произошло и как ты нашла кости?

— Конечно. — Она прочищает горло и обхватывает себя руками.

Я кладу ладонь ей на плечо и отвожу на несколько метров в сторону от Кирана и остальных. От одной мысли, что они будут слушать, как я работаю, становится не по себе. Даже безобидные подколы потом разлетятся по Вейворд Холлоу со скоростью лесного пожара.

Мне и без того неловко от того, что все следят за мной как ястребы.

Особенно потому, что Рик, парень из федералов, явно считает мое присутствие здесь чем-то вроде собачьего дерьма у себя на подошве.

Мы работаем вместе не впервые, но, черт возьми, очень надеюсь, что в последний раз.

Пять лет назад в лесу потерялся ребенок. Федералы решили, что речь может идти о похищении, и Рик возглавил поиски. Командовал всей группой так, будто наше умственное развитие остановилось во втором классе, а характер у него был как у Дональда Дака в особенно паршивый день.

К счастью, ребенка нашли меньше чем через час.

«Если мне понадобятся знания местности, я спрошу. А до тех пор не путайся под ногами», — буквально первые слова, которые он мне сказал.

А потом велел взять показания у Кайли так, будто разговаривать с людьми ниже его достоинства.

Ну и шутка на нем.

Он оказал мне услугу.

Разговор с Кайли вполне может стать лучшей частью этого мрачного дня.

— С чего начать? — Ее взгляд мечется по происходящему на участке.