— С каких это пор тебе нравится лезть в чужую жизнь?

— Я просто пытаюсь спасти тебе жизнь. Андерсон тебя убьет. — Он ткнул пальцем мне в грудь. — Что бы ты там ни задумал, завязывай.

Я сдавленно поднял руки вверх:

— Я ничего не делаю!

Он фыркнул:

— Пока что.

— Спасибо за веру в меня, придурок.

Мне нужно было убраться с его глаз как можно скорее, пока я не ляпнул какую-нибудь глупость вслух, но когда я попытался встать, он меня остановил.

— Хейз, просто, пожалуйста… — его взгляд на мгновение замер на девчонках, а затем снова вернулся ко мне, — будь осторожен. Ты сейчас в уязвимом положении. Вы оба.

Я со вздохом запустил пальцы в волосы. Черт. Я настолько ушел в себя из-за работы и жизни в целом, что даже друзья замечали, насколько я измотан. Каждая трещина, которую я пытался заделать на протяжении лет, превращалась во все большую проблему. И что самое паршивое, я понятия не имел, как это исправить.

И все же я выжал из себя ухмылку, от которой сводило щеки:

— Ты точно подшофе, потому что со мной все в порядке. Клянусь. — Я не был настолько глуп, чтобы отнекиваться от обвинений Оуэнса. Он уже застукал меня за тем, как я на нее смотрел. Оставалось лишь надеяться, что он обо всем забудет — что казалось вполне вероятным, учитывая все, через что он проходил из-за Валентины. Он мог отрицать это сколько угодно, но я знал Оуэнса. Видеть, как его лучшая подруга выходит замуж за парня, которого он считает ее недостойным, медленно убивало его. — Я пойду возьму напиток. Тебе принести что-нибудь?

Его взгляд был испытывающим, будто он сомневался, можно ли мне верить:

— Не надо. Я сваливаю. — Он похлопал меня по спине и исчез в толпе, отправившись на поиски Валентины.

Я перевел дух, как только он скрылся из виду. Вместо того чтобы идти за напитком, я снова оглядел танцпол. Валентины нигде не было видно. Андерсон и Кеннеди находились в своем маленьком мире. Зная их, они собирались свалить с минуты на минуту, а значит, и я мог наконец уйти. Слава богу.

Оливия появилась в моем поле зрения:

— Я думала, ты будешь вовсю зажигать на танцполе, сношая кого-нибудь взглядом через всю комнату или чем вы там, бабники, любите заниматься.

Я откинулся назад, пожав плечами, и положил руку на спинку диванчика:

— Сегодня никаких пикаперских штучек. Извини, если разочаровал.

Она театрально вздохнула, усаживаясь рядом со мной:

— И как же я научусь хоть чему-то, если мой профессор теряет хватку? — спросила она с расплывшейся на лице ухмылкой.

Я тихо усмехнулся, пока моя рука, живя своей жизнью, подхватила прядь ее волос и принялась накручивать на палец. Они были мягкими, как шелк. На мгновение я представил, каково это — намотать их на кулак.

Иисусе, Уэсли, отличный способ успокоиться.

— По-моему, я просил перестать меня так называть. — Когда мой взгляд опустился на ее лицо, ее щеки горели румянцем — скорее всего, от всего того алкоголя, что она успела выпить. — Но тебе ведь просто нравится поступать вопреки, да, малышка Ливви? — Мой голос звучал достаточно тихо, чтобы разговор остался только между нами.

— Попалась, — ее губы изогнулись в озорной улыбке.

Она выглядела ярче и живее, чем когда-либо. И от этого мое сердце забилось внутри так, словно вообще не понимало, где, черт возьми, ему приземлиться.

Тени скользили по ее коже, пока клубные огни мерцали и сменяли друг друга, оставаясь спасительно приглушенными. Будь они хоть немного ярче, она могла бы засечь тот самый момент, когда мои мысли сошли с рельсов. Могла бы прочесть всё по моему лицу.

— Эй, — голос лучшего друга заставил меня буквально подпрыгнуть на месте и отсесть от Оливии на приличное расстояние. К счастью, он ничего не заметил. — Мы с Кеннеди созрели свалить. Сможешь проследить, чтобы Оливия добралась домой в безопасности?

Оливия фыркнула рядом со мной:

— Обожаю, когда ты говоришь обо мне так, будто меня здесь вообще нет.

Андерсон смерил ее безучастным взглядом:

— Я слишком устал, чтобы с тобой ругаться. — Он обнял Кеннеди за плечи и положил подбородок ей на плечо: — Поедем домой?

Кеннеди кивнула, затем посмотрела на Оливию:

— Завтра книжный клуб у Авроры. Не забудь!

— Как будто я могла бы, — Оливия поиграла бровями. — Не могу дождаться, когда мы обсудим эту книгу. Деймон был просто…

— Лаааадно, на сегодня хватит. Мне совсем не хочется слушать, как моя сестра и девушка фанатеют по вымышленному персонажу. — Андерсон взял Кеннеди за руку и практически вытащил ее из клуба.

Я приподнял бровь:

— Теперь мне любопытно. Кто такой Деймон?

Она рассмеялась:

— В прошлом месяце мы читали роман про мафию, и он был идеальным морально серым персонажем.

Из меня вырвался недоуменный смешок:

— Роман про мафию? Серый персонаж? О чем она вообще говорит?

Она отмахнулась: