А затем, пока он пребывает в прострации и своих фантазиях, резко выплёскиваю остатки прямо ему в лицо!

На короткое мгновение время будто замирает, застывает в отдельную вечность, пока в шоколадных глазах рождается искреннее недоумение из-за случившегося. Он такого точно не ждал. Янтарные капли растекаются по его щекам, бороде, исчезают в вороте чёрной рубашки. А он всё смотрит, так и не веря до конца, что я позволила себе так с ним обойтись. А я не только смею, но ещё и вслух о том сообщаю.

— Пошёл ты, грёбаный придурок! Сам себе помоги!

Мой голос дрожит от переполняющих эмоций, а сердце колотится так сильно, словно вот-вот пробьёт грудную клетку, но я не отступаю, бросаю уже пустой бокал на диван, разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь на выход. У меня ещё дела есть, в конце концов.

___________________

Дорогие читатели, добро пожаловать в нашу новую историю!

Будет непросто, провокационно и очень жарко, как мы любим :) Обязательно добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить новые главы и, пожалуйста, оставьте звёздочку "Мне понравилось", для авторов это очень важно! 🙏‍❤️‍

небольшая шпора для новичков:

3

Но это же надо — предложил такое!

И ладно бы я повод дала, но я же вела себя абсолютно корректно. Ну, может попялилась на него немного лишнего разок-другой, но это же не значит, что следует сразу до такого опускаться. Я может думала про себя, какой он урод. То есть он конечно не урод, но он же этого не знает!

Как только додумался до подобного!

Сказала же, что мне срочно надо найти подругу. Что это действительно важно. Я даже не к нему изначально за помощью обращалась, чтобы он мог решить, будто я его так соблазняю.

Придурок ненормальный!

Разочарование так сильно, что лишь обостряет мой гнев. Я едва соображаю, мечтая поскорее оказаться как можно дальше от этого места. Жаль, конечно, что Альбине так и не вышло сказать о том, что её отец в реанимации с сердечным приступом, но что уж теперь. Если так подумать, ничем помочь она ему всё равно не сможет, так что ничего страшного, если завтра расскажу.

Успокоив таким образом свою совесть, я тяну дверь на себя.

И тут же чуть не вскрикиваю от неожиданности, когда она резко захлопывается перед моим носом обратно!

И делаю это не я. Затянутая в чёрную рубашку рука сильнее давит на полотно, стоит ещё раз попытаться его открыть.

Гнев во мне уже не просто кипит, зашкаливает. Я вообще очень эмоциональный человек. И очень активный. А если меня выбесить, это всё усугубляется. А этот мужик меня особенно раздражает своим поведением.

Воздух в комнате и тот заметно тяжелеет по ощущениям, становится гуще, едва выходит нормально дышать. Шумно выдохнув через сжатые зубы, я медленно оборачиваюсь к виновнику произошедшего.

На его лице всё ещё блестят капли вылитого мной напитка, и я чувствую своего рода удовлетворение. Так ему и надо!

Правда так я думаю ровно до того, как сталкиваюсь с ним взглядом, в котором читается жадная заинтересованность. Слишком явная, чтобы проигнорировать. Хотя по всем канонам он должен быть разозлён и взбешён не меньше моего. По крайней мере, обычно такие, как он, именно так и реагируют. Визжат, плюются, но в итоге забивают и идут искать себе более подходящую жертву для их развлечений на вечер.

А этот… этот довольно ухмыляется. Будто чёртов джекпот выиграл только что со мной в главной роли.

Внутренности скручивает от плохого предчувствия, голову поднимает инстинкт самосохранения. Но… поздно. Примерно о том же заявляет и отрезавший мне путь к свободе.

— Ну что же ты? — произносит чуть хриплым шелестящим шёпотом. — Так красиво начала, а теперь сбегаешь?

От этого голоса по коже мгновенно рассыпается дрожь. Медленная. Колючая. Неприятная. А я так и не успеваю сообразить достойный ответ. Разве что бездумно проследить, как неторопливо скользит по его шее янтарная капля, теряясь под воротом рубашки.

Всего секунда, а он хватает меня и тащит обратно к дивану!

К злости примешивается паника.

— Ты что делаешь? — пытаюсь протестовать, упираясь ладонями в твердокаменную грудь. — Отпусти меня немедленно!

Ухо обжигает его полный снисхождения смешок, а затем мужчина действительно меня отпускает. Но лучше ситуация от этого не становится, ведь я опущена прямиком на диван, фактически придавлена к нему спиной. А мой пленитель так и не отстраняется, нависая надо мной сверху. Слишком близко. Настолько, что я чувствую исходящий от него жар даже сквозь все слои нашей одежды. Чувствую и тяжесть его тела, запах парфюма и алкоголя, смешавшийся с чем-то опасно мужским, свойственным и принадлежащим ему одному.

Но самое худшее даже не это.

Хуже всего то, что этот образчик альфасамцового самодовольства больше не выглядит расслабленным. Ни капли. Теперь в нём сквозит хищная сосредоточенность, от которой у меня по позвоночнику медленно расползается холод.