Но уж точно я и предположить не могла, что это случится в мегазащищенном, кишащем охранниками особняке моего брата.

В тот момент, когда я тянусь к приоткрытой стеклянной двери, в комнату медленно проскальзывает темная фигура.

Я отпрыгиваю назад, прижав руку к груди.

Если бы я не видела, как ловко сейчас сюда проникли через раздвижную дверь, то подумала бы, что этот человек – мужчина, судя по телосложению, – часть самой ночи.

Он одет во все черное: спортивные штаны, лонгслив, обувь, перчатки, а лицо скрыто маской, одна половина которой улыбается, а другая – грустит.

Дрожь пробирает до костей, пока я рассматриваю детали маски. Плачущая половина черная, а улыбающаяся – белая. Сочетание до жути тревожное.

Как и все в нем.

Мрачный цвет одежды не скрывает рельефных мышц и не преуменьшает явную силу его молчаливого присутствия. Он определенно тренируется, это видно по мускулистой груди и хорошо очерченному животу, но не качок.

Лишь достаточно подтянутый, демонстрирует силу, даже когда просто стоит на месте.

Еще он высокий. Настолько, что мне приходится задирать голову, чтобы оглядеть его целиком.

Я сама довольно низкая и миниатюрная. Но все же обычно мне нет нужды идти на такие крайности, чтобы рассмотреть кого-то.

Мгновение мы смотрим друг на друга, словно два зверя, готовых перегрызть друг другу глотки.

Глазами ему служат две прорези в жуткой маске, темные, но не черные и не карие – их оттенок больше напоминает глубины океана.

И я цепляюсь за этот цвет, за эту трещину в его черной ауре. Еще одна моя токсичная черта – видеть хорошее в людях, не позволять этому миру ожесточить меня до такой степени, что я перестану проявлять эмпатию.

Я дала себе это обещание, когда поняла, в каком мире родилась.

Конечности продолжают дрожать в унисон со стремительно ускоряющимся сердцебиением.

И тем не менее я стараюсь говорить максимально весело и беспечно.

– Тебе лучше уйти, пока охранники не нашли тебя…

Слова застревают в горле, когда он приближается ко мне.

Темная фигура делает один внушительный шаг за другим.

Помните, что одно его присутствие сражает своей мощью? Сейчас я могу лишний раз убедиться в этом.

Но я ошиблась.

В нем не только сила, но и угроза в чистом виде.

Необузданный океан, рокочущий и ревущий.

Я даже не замечаю, как отступаю, пока он не делает еще один шаг вперед. Я замираю на месте, глядя прямо на него.

– Как я уже говорила, тебе, наверное, лучше уйти…

Его грудь почти сталкивается с моей, когда он стремительно сокращает дистанцию между нами. Вместе с его теплом я чувствую запах сажи и чего-то пряного. Он что, у костра сидел?

Он делает ко мне еще один шаг, и я машинально отступаю. Либо так, либо я позволю ему врезаться в меня и снести с ног, подобно торнадо.

– Серьезно, ты хоть знаешь, чей это дом? – В голосе больше нет и доли веселья, и теперь он дрожит под стать конечностям. – Тебе что, жить надоело?..

Я не готова к тому, что происходит дальше.

В мгновение ока он прижимает руку в перчатке к моему рту и толкает меня назад.

Я резко ударяюсь спиной о стену и издаю визг, но он получается приглушенным. Звук разносится жутким эхом, похожим на навязчивую колыбельную.

Маска оказывается в нескольких дюймах от моего лица.

Напоминает отрывок из самых потаенных и темных кошмаров.

Это лишь подчеркивается близостью его тела к моему и сильным запахом кожи.

Больше я ничего не чувствую.

И кроме него больше ничего не вижу. Его глаза в самом деле голубые, но с темной окантовкой. Как у мифического существа.

Я уже где-то видела эти глаза. Вот только где?

Глупо ли то, что я хочу увидеть, кто скрывается под маской? Просто сорвать ее и узнать, плачет он или смеется? Или и то и другое одновременно?

Чем дольше я смотрю на него, тем прерывистее становится мое дыхание и тем сильнее меня наполняет его тепло.

Нет. Это невозможно.

Это же не может быть тот, о ком я думаю.

Просто чтобы убедиться, я подношу руку к его маске, готовясь к тому, что он отмахнется от нее.

К моему удивлению, он не двигается. Пальцами я скольжу по краю замершей улыбки. Но больше она не кажется такой ужасающей – это всего лишь маска.

Чудовищная грань.

Клубок чувств.

«Это ты?» – спрашиваю я одним взглядом, и он слегка прищуривается в ответ.

Я пытаюсь снять с него маску, но, прежде чем мне это удается, он отталкивает мою руку. Я послушно опускаю ее, но почти уверена, что чутье меня не подводит.

Не знаю, как насчет остального, но эти глаза я узнаю где угодно, даже в параллельной вселенной.

Снаружи раздается стук.

Мы оба затихаем.

Это происходит снова, и я осознаю, что стучат в дверь моей комнаты.

– Мисс, вы не спите?

Охранник.

Опять слышится голос с русским акцентом, а следом за ним очередной стук.