Анника: Я тут подумала.

Крейтон: Удивительно, что ты делаешь это перед тем, как что-то сказать.

Три точки, показывающие, что она печатает, появляются и исчезают.

Анника: 😱

Анника: 🤯

Анника: 😇

Анника: ОМЧ! Ты правда ответил? Скажи кодовые слова, или я заявлю на тебя за похищение Крейтона.

Какого хрена она теперь несет?

Анника: Я не шучу. Я заявлю на тебя прямо сейчас. Клянусь Чайковским. Вот что значит ОМЧ, если тебе интересно. О мой Чайковский.

Крейтон: Ты слишком много болтаешь.

Анника: Это правда ты. Привет! А еще спасибо, что ответил спустя тысячу лет. Я это очень ценю.

Крейтон: Если бы я знал, что меня ждет именно это, я бы не стал.

Анника: Подожди, не включай пока игнор. Ты очень холодный человек, ты знал об этом? Интересно, есть ли у тебя вообще сердце под всей этой толщей льда.

Я не отвечаю.

Анника: Ну, началось. Ты снова меня игнорируешь. Но в любом случае я думала о том, что ты сказал на днях, и мне стало интересно узнать об «извращенных вкусах». Я пробовала искать и спрашивать твоих друзей детства, но, по-моему, либо ты держишь эту часть себя в тайне, либо это неправда. Как бы то ни было, я хочу знать больше. Ты расскажешь мне?

Я сжимаю телефон в руке и печатаю негнущимися пальцами.

Крейтон: Это первое и последнее предупреждение, Анника. Ты понятия не имеешь, о чем просишь. Скажи спасибо, что ты меня не интересуешь, и беги на хрен подальше. Если ты дашь мне себя поймать, я проглочу тебя живьем.

Она сразу же читает мое сообщение, но не печатает ответ.

Прекрасно.

– Вот ты где.

Я блокирую экран и сую телефон в карман, когда Лэндон садится рядом со мной.

– Ты почему исчез еще до того, как началось веселье?

– Нет настроения. – И это мягко сказано. Мне было до глубины души противно.

Не из-за девушки.

Из-за самого себя.

Тот факт, что мои мысли утекли в том направлении, вызвал у меня мурашки по коже и убил всю эрекцию, какая вообще могла быть.

– Я развлекся с ними обеими. Спасибо за это. – Лэндон опирается на ладони, совсем не выглядя удовлетворенным.

Теперь это для него почти рутина. Вероятно, этим же оно становится и для меня тоже. Удовлетворение от прикосновения плоти к плоти, от рубцов и розг, цепей и кляпов длится меньше, чем хотелось бы, прежде чем иссякает окончательно. Довольно быстро это становится делом привычным, простым потаканием инстинктам.

– Готов к следующему шагу? – Лэндон склоняет голову. – Внимание, спойлер: это будет жестоко.

Я резко киваю.

– Какой ты молодчина, чтоб тебя, Крей, как и всегда. Слушай сюда – в обмен на информацию о том, кто уничтожил твою биологическую семью, вот что ты должен сделать…