— И дело не только в этом, — добавила я, задумчиво обводя пальцем древесный узор на столешнице. — Бабуля была категорически против любви. Да и мужчин в целом.

— Почему?

— Первый муж сбежал, едва узнав, что она беременна моей мамой. Бабушка постоянно твердила о тревожных звоночках, на которые в свое время закрыла глаза, и я до одури боялась повторить ошибку.

— И во мне тоже их разглядела?

— Жгучую ненависть к Келвину. Поначалу решила, что ты просто жаждешь мести. Потом – что я тебе нравлюсь, но его по-прежнему на дух не переносишь.

— Я и правда его ненавижу, но тебя это никак не касается.

— Кажется, я тоже его ненавижу. Просто находиться с Келвином рядом – и то уже выше моих сил.

— Ты вырываешься из-под его влияния, и именно этого он заслужил.

Я кивнула, не отрывая от Леви взгляда. Ведь передо мной сидел Ви. Тот самый мужчина, с которым мы общались годами, с которым обсуждала каждую прочитанную книгу. Мужчина, проглатывавший все до единого романы по моей рекомендации.

— О чем задумалась?

— Вспоминаю, что ты – это Ви. Чувствую, теперь я на многое взгляну иначе, — призналась я.

— Надеюсь, в хорошем смысле.

— Да, несомненно в хорошем.

Губ Леви коснулась улыбка, и он развернулся всем корпусом.

— Какие на сегодня планы?

— Для начала попытаюсь убедить тебя, что брать выходной совершенно не обязательно.

— А я все равно останусь дома. Что дальше?

— Нужно досадить помидоры. А потом, когда на улице начнется пекло, думала почитать.

— Я в деле, — тут же отозвался он.

— Хочешь повозиться в огороде?

— С тобой я готов на что угодно – даже сажать помидоры.

— Слава богу, сажать – это не то же самое, что есть. Думаю, будет весело.

Позавтракав, мы вышли во двор. Воздух заметно прогрелся, но легкий ветерок не давал изжариться, пока мы наводили порядок на грядках. К тому моменту, когда солнце поднялось в зенит, оба перемазались в земле так, что срочно требовался душ. Я пошла первой, а после развалилась на кровати, уступив Леви ванную.

Я как раз добралась до откровенной сцены, бросившей меня в жар, когда дверь отворилась и в комнату неспешно зашел Леви.

— Что читаешь? — поинтересовался он.

Рефлекторно отбросив читалку в сторону, я выпалила:

— Ничего. Я просто... — слова оборвались: я вдруг поняла, что Леви стоит передо мной с абсолютно голым торсом.

Решил помучить?

— Просто что? — подначил он.

— Ч-читала книгу.

— Это я уже понял. Какую именно? — взгляд скользнул по моим пылающим щекам. — Судя по тому, как ты покраснела, держу пари – горячий любовный роман. Не хочешь поделиться? Как впечатления?

— Мы не обязаны это обсуждать.

— Мы много лет состояли в книжном клубе. Само собой, нам необходимо это обсудить. Я до смерти соскучилась по разговорам о литературе.

— Даже в те времена, когда скрывалась под ником Ви, мы старательно обходили стороной откровенные сцены.

— Мне не хотелось обсуждать подобные темы: я-то знала твое настоящее имя, а вот ты мое – нет. Но теперь-то ситуация в корне изменилась.

Постучав пальцем по краю электронной книги, я протянула ее Леви. На какую-то долю секунды его глаза изумленно расширились, а затем целиком погрузился в чтение.

— Вот это...

— И не говори, — выхватив читалку, выпалила я. — После такого мне необходимо остыть.

— Или, — подавшись вперед, вкрадчиво предложил он, — мы могли бы наверстать упущенное.

Читалка выскользнула из пальцев, сердце пустилось вскачь. Только сейчас, услышав столь откровенное предложение, я вдруг осознала, насколько сильно этого жаждала.

Леви шагнул вплотную, обдавая мое ухо горячим дыханием.

— А я мог бы подарить тебе те же ощущения, что испытала книжная героиня.

Я зажмурилась. Та девица умудрилась кончить четыре раза за пару минут, и я сильно сомневалась, что организм вообще на такое способен.

Но горела желанием попытаться.

— П-пожалуйста.

Леви только этого и ждал. Мягко опрокинув меня на спину, он принялся покрывать легкими поцелуями шею. Каждая клеточка тела отзывалась острой дрожью: сказывались долгие недели воздержания, хотя он постоянно находился на расстоянии вытянутой руки. И теперь я отчаянно жаждала нарушить запрет.

— С чего начиналась та сцена? — низким шепотом поинтересовался Леви. — Кажется, он поставил ей засос?

Он легонько прикусил кожу прямо под ключицей, и с моих губ сорвался сдавленный стон.

— Да.

Влажные губы снова сомкнулись на чувствительном участке, а я жадно зарылась пальцами в его волосы, не давая отстраниться.

Затем внимание переключилось на затвердевшие соски, изнывающие от предвкушения ласки. Леви едва приступил к делу, а внутри стремительно разгорался пожар сладкой истомы – настолько сильно я успела истосковаться по нему.

— А потом он жестко взял ее пальцами, прежде чем опуститься ниже, — ладонь скользнула по моему животу. — Как тебе такой сценарий?