— Да, — тихо сказала я. — Это все, о чем я мечтаю. Раньше я думала купить какой-нибудь домик в глуши в Калифорнии, но теперь, когда мы в Нэшвилле…

— Ты могла бы вернуться.

К кому? К Джесси? Она ясно дала понять, что не хочет меня видеть, пока я не разберусь со своей жизнью. Нет, туда я точно не вернусь.

Я отрицательно качнула головой:

— Не знаю. Подумаю об этом ближе к делу. Судя по всему, после последних четырех лет мне понадобится психотерапия.

— Выходит, ты ни дня не была счастлива? — тихо, с болью проговорил он.

Я медленно покачала головой.

— Правда?

— А с чего бы мне быть счастливой? Ты вечно был на работе и знать меня не хотел.

— Но в соцсетях ты писала, что счастлива…

— Ведение соцсетей – пункт моего контракта. Я обязана создавать картинку идеальной, счастливой жизни.

Себастьян сжал челюсть так, что проступили желваки:

— И это прописали в контракте?..

— Конечно, — вздохнула я. — Да и какая тебе разница, была я счастлива или нет? Ты же думал, что я вышла за тебя ради денег.

— Да потому что мне было не все равно, Лили! — вырвалось у него, и он принялся нервно шагать по гостиной. — Я ненавидел торчать в офисе до десяти вечера! Ненавидел этот завал, из-за которого возвращался домой абсолютно выжатым и без сил даже на простой разговор! Единственным, что давало мне надежду, что я не ужасный муж, были твои посты… И все это оказалось фальшивкой?

— Ну естественно. Ты правда думал, я выкладываю искренне?

— Да, — выдохнул он. — Черт возьми, да, я правда так думал. Значит, ты ни разу не порадовалась тому, что ты со мной?

— Ну… секс был хорош. Хоть и редким, — ляпнула я, чувствуя, как бешено колотится сердце от того, насколько близко к сердцу он все принимает.

— Погоди, ты спала со мной, думая, что я тебе изменяю, и будучи несчастной? Зачем?!

— Ты всегда казался мне чертовски привлекательным, — призналась я. — К тому же… я знала, что в первый раз это просто необходимо. Мать сказала, что мы должны консуммировать брак, поэтому к медовому месяцу я была к этому готова.

— Что?! — переспросил он, резко обернувшись.

— Все в порядке. Это было даже лучше, чем просто в порядке. Вообще-то, это был лучший секс в моей жизни.

— А потом я снова ушел в работу…

— Угу, — уныло протянула я. — Это было больно, но я справилась.

И писала худшее о нем в книгах.

— Как ты вообще можешь находиться со мной в одной комнате? Зачем вообще со мной разговариваешь? Ты же имеешь полное право меня ненавидеть.

Вот на этот вопрос у меня ответа не было. Я открыла рот, но так и не смогла вытолкнуть ни звука.

Почему меня все еще тянет к нему? Остатки чувства долга?

Нет, не похоже.

Потому что он привлекательный?

Тоже мимо – дело не только во внешности.

Я судорожно пыталась найти объяснение в своей голове, но там была лишь пустота.

И тут я вспомнила то самое забытое чувство, которое накрывало меня каждый раз, когда между нами вырастала стена. Эту тупую, ноющую боль в груди. Ощущение, будто я упускаю что-то невероятно важное. И дикое, жгучее желание узнать, что мы оба оказались в этой ловушке не по своей воле…

Неужели я чувствовала это подсознательно, сама того не понимая?

Так и не дождавшись моего ответа, Себастьян тяжело вздохнул:

— Чувствую себя ничтожеством.

— Все нормально. Я в порядке.

— Только что, когда здесь была Хизер… Ты ведь готова была позволить мне изменять тебе прямо у тебя на глазах, да?

Я густо покраснела:

— Если бы это сделало тебя счастливым – да.

— И это все, чего ты хотела?

Я опустила глаза на свои сжатые ладони, не в силах вынести его взгляда:

— Думаю, да.

— А что, если я скажу, что хочу, чтобы счастливой была ты?

Я с трудом перевела дыхание. Никто и никогда в жизни не желал мне счастья.

— Тогда я отвечу, что просто не умею быть счастливой.

— Я научу тебя, — тихо сказал он.

— Как? — выдохнула я. — Нужно прочитать какую-то книгу или…

Я осеклась, когда его ладони накрыли мои и наши пальцы переплелись.

— Лили, я не должен был пропадать на работе. Не должен был решать за тебя, что все в порядке, пока ты страдала. Прости меня.

Щеки обожгло жаром:

— Все хорошо, я…

— Нет, не хорошо, — отрезал он. — Я обязан был попытаться узнать тебя настоящую. Должен был задавать вопросы, когда мы только переехали и я видел, как тебе тяжело. Ты имеешь полное право меня ненавидеть.

— Я не ненавижу тебя, — прошептала я.

— Я хочу все исправить, — пальцы Себастьяна сжались сильнее, обдавая горячим теплом. Я замерла, не понимая, что думать. — Ты можешь сказать «нет», и я приму это. Покорно и без споров. Но я действительно хочу, чтобы между нами все изменилось. За четыре года мы ни разу не позволили себе стать ближе. Я хочу попытаться прямо сейчас.